02.26.08
Posted in Дневник Алексея Козлачкова at 2:13 пп от admin
Рассказали беженско-переселенческую историю в Германии. Степень типичности именно этой определить не берусь. Типичным среди лиц беженско-переселенческой национальности является только желание побольше урвать на халяву от немецкого государства, в принципе, им ничем не обязанного.
Например, сейчас вот один здешний знакомый, человек вполне социально адаптированный, отлеживается в немецкой дурке, чтоб его признали сумасшедшим и на этом основании гоударство оплатило бы ему квартиру, отдельную от жены, без ущемления последней в жилплощади. Человек этот усердный христианин. Он считает, что жену обидеть это не по-христиански, а немецкое государство можно.
Итак история. Девица лет 22-24-х. Из Краснодарского края, прискакала в Германию с матерью по турпутевке. В Германии им с матерью понравилось, и они решили прикинуться обиженными, беженками, стали просить убежища. Немцам эти бедные беженце-переселенцы уже осточертели со всех сторон. Они постепенно устрожают формальные основания для переезда в Германию (отчего в здешних еврейских изданих стоит нескончаемый свист и стон - антисемитизм!!). Быстро разобрались что они никакие не обиженные. Но дочь с матерью уже освоились, проинформировались и быстро прикинули, что единственная возможность здесь остаться и на что-то рассчитывать - это записаться теперь не беженцем-русским - от кавказских, например, неурядиц, а беженцем-евреем - от русского антисемитизма.
Но как? Лица русские, фамилии тоже. Пошли “в гемайнду” (так называется еврейские общины здесь) и сказали, что вспомнили - девичья фамилия бабушкки (или прабабушки) была Шмулевич или Меерович… что-то в этом роде. Им сказали, э-э нет, не пойдет, так каждый дурак может евреем назваться, надобно гиюр делать.
- А это как? - спросили изумленные беженки.
- Ну вам-то совсем просто, ничего отрезать не надо. Экзамен сдадите, отречетесь от христианства, ну и порядок. Станете ходить в синагогу, получать квартиру и социальное пособие. Как говорите фамилия бабушки? Меерович?
Отличная фамилия. А ваша настоящая? Соколовы? Фу, какая фамилия странная… может лучше бабушкину возьмете?
Женщины совершеили этот гиюр, стали иудейками, за то получили и квартиру, и социильное пособие и вообще счастье проживанние в спокойной чистой стране.
Девка на выданье, симпатичная, вполне такого славянского вида. В Гемайнде полно еврейских пацанов, носатые, правильно обрезанные… Вот оно - счастье, загребай! Однако сердцу не прикажешь, и она влюбилась в совершенно необрезанного юношу с родины - Ваню, скажем, Чудакова. Всем парень хорош: высок, белобрыс, голубоглаз, мягкие расплывающиеся славянские черты лица… Одно только плохо, но зато самое главное - бабушки Шмулевич-Меерович не обнаруживается ни по одной из родственных линий сколько ни копай. А на лицо глянешь: нет ни малейшего шанса прикинуться евреем, даже японцем бы прозвучало убедительней.
И въезда в Германию Ване не дают и права на жительство тоже. Хоть они уже и поженились с этой девицею. И забрать к себе его она сможет только если устроится на работу и покажет опредленный доход. А девице до этого далеко еще.
Выход один - сделать гиюр и стать иудеем. Тогда сразу все дадут и возьмут на все готовое. И сердца любящих новообращенных иудеев соединятся навеки. Правда у мужчин это связано не только со сдачей устного экзамена по Торе там или по чему… но и с весьма болезненной операцией, которая Ване даже и не снилась. Когда возлюбленная спросила его готов ли он стать иудеем из любви и тогда все просто решится….
- Да, - радостно ответил Ваня, но еще не знал, чем это для него обернется.
А когда узнал, то радости поубавилось и пошли долгие месяцы нравственных страданий… Хотелось и любви, и квартры, и денег, но обрезаться, конечно, не хотелось… и больно, да и западло как-то…
Однако любовь восторжествовала, Ваня успешно перенес эту древнюю операцию и сделалался иудеем. Теперь всей семьей зубрят Тору и ходят в синагогу.
А еще спрашивают - откуда берутся светловолосые евреи…
P.S. Припоминается в этой связи случай с одним солдатиком на Чеченской войне. Не слишком верующим, просто крестик таскал на шее, но когда чеченцы предложили выбрать смерть или обрезание, выбрал смерть.
Постоянная ссылка
12.12.07
Posted in Дневник Алексея Козлачкова at 3:38 пп от admin
Есть изречение Набокова: “Мода - это творчество человеческой посредственности, известный уровень, пошлость равенства”
И опять оно показалось мне очень точным. И самом деле, суждения на тему “идет-не идет” по банальности, а также по затрате умственной энергии сравнятся лишь с суждениями на тему “вкусно-не вкусно” или “холодно-тепло-жарко”. Часто этими суждениями и ограничивается собственно умственная деятельность.
Все эти странные Лагерфельды, Версачи, Шанели и проч. Какой взлет фантазии, сколько вдохновения надобно, чтобы переставлять цветные перья из задницы модели на голову и обратно!
Вот даже люди, которые кичатся своим “вкусом” и “умением одеваться” вызывают подозрение в том, что они канализируют сюда свою человеческую несостоятельность. Состоятельность не в деньгах, а в приобретении индивидуальности. Самая пустая растрата жизненных сил - приобретать индивидуальность при помощи “умения одеваться”.
А люди стремящиеся “самовыразиться через одежду” вообще категория довольно тяжелая в коммуникации и опасная для психического здоровья окружающих. Про собственную психику этих людей говорить не приходится.
Для меня уж, пожалуй, лучше женщина, одетая “в меру безвкусно”, чем вот это самое “творческое самовыражение” в одежде. Включая кутюрье, которые как будто в подтверждение моих слов почти все - либо гомики, либо просто ненормальные.
Постоянная ссылка
11.07.07
Posted in Дневник Алексея Козлачкова at 12:02 пп от admin
Я встречал много-много женщин, хорошо говоривших на разных языках и страстно увлекавшихся языками. Изучение языков это, конечно, умственная деятельность - не яму копать, но напрямую с развитым умом не соотносится.
Разумеется, это были женщины не самые глупые из всего того разнообразия, которое мне попадалось на жизненном пути. Это была такая приятная высокая средина: без особой тонкости и глубины, но весьма и весьма интеллигентно. были, разумеется, и исключения, сочетавшие и то, и се.
Но вот мужчин, увлекавшихся изучением языков и обладавших к тому определенными лингвистическими способностями я встречал гораздо реже, буквально единицы. И ни одни из них, знаемых мною, не отличался заметными умственными способностями. Это были люди довольвно однообразные, уныллые, стандартными фразеологизмами вежливости (правда, зачастую выстроенными в правильные сложноподчиненные предложения)отфутболивавшие необходимость производить умственную деятельность в виде каких-то осмысленных суждений. В лучшем случае - ретранслировались “народные мудрости” от которых отдавало сборником афоризмов.
Понятно, что такая умственная конфигурация встречается и у граждан вообще тупых к языкам, но вот у так называемых “полиглотов” она была чуть ли не родовым свойством.
Постоянная ссылка
10.31.07
Posted in Дневник Алексея Козлачкова at 3:07 пп от admin
Всей полноты явления не описать, и не берусь… но так вот - штрихи. Только в том, что касается языка.
Первый признак беженца-переселенца (евреи - беженцы, немцы - переселенцы) - волапюк.
Мой “афганский” друг, а ныне атаман нашего Северо Рейн-вестфальского казачества Слава Вернер (бывший Коновалов) выражается так:
- Пофарали мы по пятому автобану, там аусфарт нах Кобленц, фараем дальше, смотрим - феллер, кейн Кобленц, фиг с ним, думаем, цурюкнули назад, фарен-фарен - опять Кобленц форбай…
За Славой иногда хоть записывай, впрочем, за другими тоже, что я иногда и делаю. Младшее и среднее поколение “задрав штаны” пытается стать немцами. Но в “настоящие” немцы их не принимают. Старшее поколение беженце-переселенцев ведет себя поспокойнее - просто «висит на социале» и довольствуется бесплатным немецким медицинским обследованием и другой халявой.
Вот Слава затеял очень такой характерный, “казацкий” бизнес: торгует какими-то спортоварами и холодным оружием. На последнее у него особенная ставка. Он считает, что в Германии без его японских декоративных мечей китайского происхождения настоящему “казаку” не прожить. Свой товар характеризует так:
- У нас кундов уже навалом. А чё! Они же видят, что мы их не обманываем, а наоборот. Бывают же феркауферы очень шлау, такое подсунут. А у нас все путем: берешь деко-шверт или деко-мессер, а они даже и не выглядит как деко-шверт или деко-мессер. Они выглядят как нормаль-шверт и нормаль-мессер. Квалитет прикольный.
По моим приметам, первыми словами чужого языка становятся даже не обороты вежливости, а междометия или предлоги. Это парадоксально. Наиболее часто и наиболее бессмысленно употребляются два выражения: “Ах, зо!” и “дох”.
Причем в употреблении копируется немецкая интонация, не подходящая к русской речи. Первое выражение можно перевести, как «ах вот как, ах так…» (только интонацию не воспроизвести). Второму - русского соответствия нет. Это противоположный ответ на отрицание или утверждение. Я и по сию пору не овладел навыками его быстрого употребления в немецком ввиду противоестесственности для русского языка и сознания. Зато я заметил, что чем меньше у человека извилин, и чем хуже он владеет родным языком, тем быстрее он осваивается с этими первоначальными немецкими выражениями и тем чаще их употребляет в… РУССКОЙ РЕЧИ. Бывает, что ничего кроме них он так и не усваивает из чужого языка.
Я б за эти междометия сек бы беженце-переселенцев по средам и субботам после обеда на площадях немецких городов за издевательство над сразу двумя языками или навсегда лишал возможности даже кратковременного визита на родину. Впрочем, о последнем многие и не стали бы сожалеть.
Язык вообще - преимущественное поле демонстрации так называемой “интеграции”. А ее в эмиграции надо обязательно демонстрировать, как многие считают. В более продвинутом варианте, когда люди заходят чуть дальше всех этих “дохов”, “ах зо” и “зовизо”… демонстрация может происходить при помощи пресловутого “как это по-русски?” или поспешным отказом от русского шрифта на компьютерах. Думать и разговаривать человек продолжает по-русски, телевизор смотрит тоже, живет в русской среде, сплетничает о русских и по-русски, но охотно демонстрирует, что пишет уже по-немецки и русских шрифтов на компе почему-то уже у него нет, русских текстов он не читает и не пишет тем более. Преподносится это как крайняя степень интегрированности в чужую культуру. Меня это почему-то раздражает даже больше, чем “дохи” и “зовизо” (за которые бы я, напомню, лишал бы права въезда в Российскую Федерацию). Если уж ты на родном языке не научился думать до той примитивной степени, что писать на нем хоть записки не имеешь потребности или читать письма, то на чужом-то тебе вообще ничего не светит.
У меня есть несколько здешних немецко-еврейских знакомых, с которыми я переписываюсь эсэмэсками: я им по-русски, а они мне с ошибками, но по-немецки. Или в аське тоже - латиницей, поскольку нет русской клавиатуры. Не нужна. А многие из них уже прожили вполне осмысленную русскую жизнь на бывшей родине.
Интересно, что сколько я ни бывал в беженско-переселенческих домах - русских книг не видел (никаких других тоже). Иной раз они встречаются еще в семьях пожилых евреев, но больше нигде.
“Русских” здесь ооколо 4-х млн, но таковыми их считают только немцы. На мой взгляд, это народец, сбежавший от нелегкой жизни или “антисемитизма” в стране бывших Советов, национальной принадлежности не имеет вовсе, а находится в стадии формирования новой этно-лингвистической общности: лица беженско-переселенческой национальности российского происхождения.
Постоянная ссылка
