24 мая 2019
Книжная справа
Художественные тексты

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Бражников
13 сентября 2007 г.
версия для печати

Новое "Динамо"

"Все наши поражения происходят от одной причины, — продолжил тренер, — Враг, всезлобный миродержец, поражает нас за грехи. И есть только три надёжных средства от поражения: покаяние, молитва и пост". В первый раз на исповедь с тренером пошли только Ткаченко, который родился в Киеве и которого в детстве киевская бабушка водила в церковь, Александр Голов, как капитан, и лучший бомбардир Кондратьев, у которого пропало голевое чутьё. Уже в следующей игре Ткаченко стоял в воротах насмерть, Голов без устали трудился на поле, организуя игру, а Кондратьев забил два мяча. На следующую исповедь пришла почти вся команда.

Отрывок из романа Ильи Бражникова "Москва Конечная"


Когда-то в прошлом веке Василий болел за «Динамо», ходил на матчи, даже делал выезды в Питер и Вильну, не представлял, как можно пропустить тур, но со временем интерес как-то сам собою пропал. Часть любимых игроков продали в Европу, другая часть стала бузить, понаехали какие‑то чёрные, и Василий охладел. Теперь не знал даже, кто играет за основной состав, хотя в советские времена любил ходить и на дубль.

...

Пока кровавый мент доказывал свою правоту, охранник, не обращая на него никакого внимания, взял Василия за локоть и жестом пригласил следовать за собой. Охранником, или дежурным у ворот был молодой парень, похожий на не то на монаха, не то на каратиста: под короткой тёплой безрукавкой он носил то ли подрясник, то ли какое‑то традиционное восточное одеяние, вроде кимоно. Самбист какой-нибудь особенный, наверное, из общества «Динамо». Одежда на нём была совсем ветхая, заплатанная в нескольких местах. Он, улыбаясь и словно вообще не замечая девушки, которая жалась за спину Василия, молча указал на дверь подъезда. Они вошли. Парень довел их до раздевалки и открыл дверь ключом. Василий был поражен: это была уже не столько раздевалка, сколько монашеская келья: в красном углу висел образ Спасителя и горела лампада, стоял аналой с крестом и Евангелием; в другом углу помещалась койка, заправленная чёрным шерстяным одеялом. На койке лежали две аккуратные стопки – одежда женская и мужская. В то же время были здесь душ и совсем карликовый, почти игрушечный холодильник. Беглецы приняли по очереди душ, переоделись. Они ни о чем почти друг с другом не разговаривали – сначала было не до слов, а теперь их обоих наполняло какое‑то предчувствие. Иногда только встречались взглядами и отводили глаза.

Через час «самбист», а в действительности – молодой иеромонах, теперь уже с небольшим серебряным крестом поверх рясы, снова предстал перед ними. Он бесшумно вошёл в келью, перекрестился на образ и предложил исповедаться. Василий, изумляясь всё более, подошёл к аналою; спутница, с каким‑то испугом, отказалась и села на койку. Похоже, она была не в курсе дела. Священник не возражал. После исповеди, которая заняла около двадцати минут, иеромонах вышел и пригласил последовать за собой. Он повел их прямо на поле, и здесь Василия ждал еще один сюрприз.

Он часто бывал на «Динамо», даже когда ещё не жил в Москве; приезжая к сестре, старался не пропустить очередного тура, помнил и Бескова, и Яшина, и Газзаева, но никогда он не видел такого: на зеленом газоне, строго по линии центрального круга, как перед началом матча, расположились монахи в длинных черных рясах. Они стояли неподвижно, лишь изредка крестясь и слушая проповедь какого‑то, как понял Василий, схиархимандрита, находившегося в центре поля на возвышении. Стадион за эти годы, пока Василий не был здесь, успел стать крытым: как бы четыре, идущих от каждой трибуны козырька сходились куполом на огромной высоте. В центре купола был небесный престол и на нём Господь Вседержитель, глядящий пристально и строго, словно бы уже начинался суд. Василий перекрестился. Поглядев на Василия, высвободила свою правую руку и также боязливо перекрестилась и девушка. Похоже, она совсем растерялась. Длинный чёрный сарафан и белый платок совершенно преобразили её; она теперь была похожа на себя с той фотографии в журнале «Ритуал», только казалась ещё красивее – в лике её Василию даже чудилось что‑то ангельское. Их провели на Южную трибуну, прямо в ложу, и сделали знак подождать.

Тем временем на весь стадион грянуло дружное «Аминь!» – проповедь закончилась. Монахи стали расходиться – в точности как футболисты, когда уходят на перерыв. Схиархимандрит, постояв еще немного в центре, неожиданно направился прямо к невольным паломникам. Когда он приблизился, Василий увидел, что это не кто иной, как хорошо известный ему бывший тренер «Динамо» по футболу (мирского имени называть его здесь незачем). Время, в которое Василий не видел его, изменило его лицо: глаза его сияли каким-то особенным светом, борода была совершенно седой, а голову прикрывал капюшон схимника.

Он сделал знак подойти под благословение; Василий, а за ним и девушка подошли, он благословил их.

- Да будет на всё святая воля Бога нашего, животворящей Троицы! – произнес старец так, что их охватило волнение (Василий почувствовал, что и девушка, которую держал за руку, вся затрепетала). Старец сделал знак сесть. – Дети мои! — продолжал он, когда они сели по его правую и левую руку. – Господь благословил нас вашим приходом.

И далее он поведал нам историю последнего выступления футбольной команды «Динамо» в чемпионате России: оказывается, около четырёх лет тому назад, когда его вновь назначили тренером «Динамо», он был давно уже на послушании у старца П–ия в –ском монастыре. Он готовился к пострижению и совершенно не собирался возглавлять команду. Однако старец благословил его на подвиг в миру, и ничего не оставалось делать. Первый же матч под его руководством был проигран с разгромным счетом 0:5. После игры он собрал расстроенных футболистов в раздевалке и спросил их, осознают ли они причины столь позорного проигрыша.

- Если бы Темнов забил на 8-й минуте, все сложилось бы по-другому, — сказал Кожин.

- Если бы Ткаченко не пропустил бы этот глупый гол на 12-й минуте… — сказал Харитонов.

- На самом деле мы просто не подготовились к игре, — сказал лучший бомбардир Кондратьев.

- Нет, дети мои, дело совсем не в этом, — покачал головой тренер. – Давно ли вы в последний раз были на исповеди?

- Где? – спросили в один голос братья Головы, Сагалин и Антонов.

- Все наши поражения происходят от одной причины, — продолжал тренер, — Враг, всезлобный миродержец, поражает нас за грехи. И есть только три надёжных средства от поражения: покаяние, молитва и пост.

В первый раз на исповедь с тренером пошли только Ткаченко, который родился в Киеве и которого в детстве киевская бабушка водила в церковь, Александр Голов, как капитан, и лучший бомбардир Кондратьев, у которого пропало голевое чутьё. Уже в следующей игре Ткаченко стоял в воротах насмерть, Голов без устали трудился на поле, организуя игру, а Кондратьев забил два мяча. На следующую исповедь пришла почти вся команда, за исключением Зуброва, которого со временем пришлось отчислить, и Джапурова, который был некрещен. Общую исповедь Тренер проводил сам. Вся команда стояла на коленях. Вскоре стали заметны и плоды покаяния: у ребят, помимо желания победить во славу Божию, стало проявляться милосердие к врагам и побежденным: многие вписали в свои помянники всех своих друзей и врагов из противных команд, понимая, что не они виноваты в поражениях, но только общий Враг, всезлобный миродержец, и что вообще претерпеть поражение есть наилучшая доля для человека, почему и следует благословлять врагов. Ибо враг – усмиритель гордыни и помощник в покаянии.

- ... Джапурова мы скоро окрестили, и он верой и правдой служил команде. Александр Ткаченко столь преуспел в умном делании, что мог уже исключительно силой молитвы останавливать любую атаку соперника, и часто форвард нападавшей команды уже заносил ногу для удара, и вдруг застывал прямо так, с ногой, на минуту и более оставаясь в странном положении. Иные стали бить по своим воротам, а иной раз и мяч поворачивался и летел вспять, аки бумеранг языческий. Лучший бомбардир наш Кондратьев, который выходил теперь на матчи, привязывая к спине березовый крест, силой Креста, пробивал любую оборону и забивал столько мячей, сколько было угодно Господу. Однако же мы, сознавая свою ответственность перед Вечным Судией, учинили малый собор и положили, дабы не искушать никого, забивать точно по семи голов, яко дней в седмице и бо свято есть число седмь. Восьмой же мяч положили забить токмо в день пришествия светлого и явленного Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, дондеже не забивать никому. Мы, вестимо, отказывались от сретений в праздники, в дни субботние и иные Господни дни, когда надлежало нам быть на вечернем богослужении. В воскресные же дни, после богослужения, ничего, играли, старец благословлял. Потом Господь управил: нашёлся в Федерации футбола (а иные говорили – в самом Совете Федерации) православный, который согласовал футбольный и церковный календари. Мы стали стремиться к тому, дабы каждое сретение с Соперником обращать во сретение с Господом и святыми Его. Мы старались, чтобы игры не прерывали ни распорядка нашего, ни служб, ни молитвы. Мы и играли‑то теперь всё равно что служили. Бывало, подымемся около четырех часиков, отслужим утреню, раннюю литургию. Ежели играем на Николин день – отслужим молебен святителю, Мир Ликийских чудотворцу, на матч выйдем со свечами, с хоругвями, с иконами святителя Николая. Ежели на Данилу Московского или на святого Егория – им молимся. Аще забьем – трижды поклонимся, споем величание. Пропустим – станем быстренько на колени, покаемся. Сначала непривычно было, но потом дело пошло: уж не перекрестясь, не помолившись, никто мяча не касался. Голов или Кондратьев, бывало, выйдут один‑на‑один с вратарём, помолятся кратко, знаменье крестное сотворят и потом только бьют. Никогда не промахивались. Только и вратари стали не промах: наши крестятся – и они давай креститься. Так порой стоят по минуте, а то и дольше, молитву творят, поклоны кладут. И тут уж неизвестно кто кого – как Господь решит. Когда забьем, а когда вратарь выручит. Ну а мы тому и рады: стало быть, и они обратились, и до них Благая Весть дошла, и они воцерковляются потихоньку. В общем, мы служение игрой не прерывали и смотрели на это дело как на миссию свою. Старец отец П–ий, благословляя на игру, нам так и говорил всегда словами Господа: Идите и проповедуйте Слово Божие всем языцем. Уж и болельщики многие, на что нехристи, и то – кто после матча Святое Крещение примет, кто на исповедь пойдёт. После победы мы все, бывало, станем на молебен с акафистом, воспоем и восславим Господа нашего. Ежели Господь иногда попускал Сопернику забивать много в наши ворота, после матча искали грех свой и каялись. У некоторых грехи оказались столь тяжки, и они в них так упорствовали, что пришлось наложить епитимью – вплоть до отлучения от команды. Скамейка запасных становилась у нас всё короче и в конце концов исчезла совсем. Нас осталось 12: 11 полевых игроков и аз, грешный раб Константин. И кого ни приглашал я, больше никто не шёл к нам. Тогда я узрел в том волю Божию, сочтя сие число промыслительным: не с того ли числа начинался и Троицкий монастырь? не в числе ли двенадцати поначалу находился и сам святой Сергий, игумен Радонежский? Всемилостивый Господь таким образом указывал нам, дабы положили мы здесь, на святой старомосковской земле начало Божьей обители…

- Уже иные команды во сретении с нами в страсе бежали с поля. Егда же мы решили отказаться от электричества и демонтировали прожекторы, а в сумеречный час над нашим стадионом стал заниматься свет невечерний, то четыре команды подали прошение в Федерацию Футбола о снятии нас с турнира и об аннулировании результатов встреч с нами. Нас обвиняли в черной магии, колдовстве, сектантстве, связях с мафией. Но с нами был Бог. И мы с Ним не знали ни поражений, ни страха. И несли мы Крест Святой, о котором сказано было: сим победиши. В том дивном чемпионате мы, конечно же, победили; победили бы и в другом во славу Божию, да пока мы вели борьбу честную, шла и невидимая брань: многие из команд Соперника тайно встали на сторону Врага. Особливо те, идеже заправляли литовская да латышская диаспоры. Те вроде тоже нашими братьями во Христе себя называли, да это, прости, Господи, были всё волки в овечьих шкурах: явился у них там некий Ангелус Кохс, проповедник, слушали мы его, даже собор созывали,– ересь в арианском роде он сызнова проповедовал. А вместе с тем предлагал нам из московской команды стать римской: мол, «Рома» всех нас купит с потрохами, и такие оклады сулил – хотел, словом, всех нас под папу подвести. И кто‑то в Федерации Футбола (а иные толкуют – в самом Совете Федерации) нашёлся и стал требовать от нас изменить устав и отпустить из команды некоторых игроков – якобы их готовы купить европейские клубы. Братия как узнали, куда им уготовили путь, день и ночь молили Спасителя, дабы миновала нас чаша сия. Ведь кто по своей воле поедет в страну мертвых, в царство теней? Мудрено в Европе спастись. Осудили мы этого Ангелуса поместным собором, и тут он своё лицо‑то и выказал. Антихристов предтеча он. Они же с ним теперь уже явно…

- Ну а потом сподобил нас Господь и гонения претерпеть: бывало, приедем на игру, выйдем на поле, а на нас спускают собак, а когда и пострашнее кого. Был случай, львов из Московского зверинца, что под Красногорском, выпустили, не кормив их три дни. Ну, со зверями‑то мы поладили, они нам ничего плохого не сделали, и мы им; но многие из команды после тех случаев выразили желание оставить суетную игру и посвятить свою жизнь Господу. Мы обратились в дирекцию «Динамо» с просьбой об аренде стадиона с прилегающими к нему угодьями под монастырь. Неизвестно, конечно, как бы посмотрели на это дело, но тут (на все воля Божья!) Патриарх замолвил слово, и градоначальник московский новый отписал нам земли. И так мы положили предел, воздвигли перед ними стены, неприступные до времени. И мы не пустим за эти стены никого, кто играет нечестно. Имеем пророчество: Враг не преступит сей черты до самого конца, до последней схватки. Ибо и прежде – что такое были сретения наши? Репетиция, предуготовление Божие, перст указующий и прообразующий.

- Но, скажите, отче, — засомневался Василий. – У вас ведь не секта? Все-таки стадион, игрища языческие…

- Упаси, Господи, — ответствовал тренер. – Токмо по благословению старца, а теперь и святейшего Патриарха Московского. Трижды освящали мы сие место, послужившее игрищам и сборищу языческому, дабы превратить его Божьей волей в святой Собор. Увенчали куполом, отлили крест, дали имя святых апостолов Петра и Павла, иже бяху вкупе распяты за ны яко на стадионе во граде во бывшем Риме, идеже теперь мерзость запустения. Впрочем, Петр трижды согрешил, трижды покаялся. Подождем и теперь плодов покаяния римских.

- Сдается мне, — сказал, улыбнувшись, монах, стоявший на воротах, который привёл Василия со спутницей на трибуны, – что токмо святый апостол Петр был распят на арене вниз головой, апостол же Павел яко римский гражданин был обезглавлен мечем.

— Бог весть, — ответствовал тренер, перебирая лестовку и глядя куда‑то сквозь время.





Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

13 сентября 17:37, Сергей:

Уважаемый Илья Бражников ! У меня возник вопрос, почему вы украинец по папе, папы, а считаете себя русским наверное.

С уваженим Сергей.


14 сентября 09:45, ИБ:

Уважаемый Сергей!

Украинская и русская природы во мне нераздельны и неслиянны. Чего и всем желаю.


14 сентября 10:12, Сергей:

Спасибо за ответ уважаемый Илья Бражников!

Я наблюдаю за высказыванием и публикациями А.Г. Дугина который считает себя "чистокровным" русским но мать у него украинка Ануфриенко и у него явно выражена раздвоеность сознания, киеворус постоянно у него бореться с московитом.


14 сентября 21:05, Палех:

Жесть какая-то. Пост-постмодерн... Ничего святого. Видимо, я слабонервный. Автор, зачем так-то?


15 сентября 01:48, ИБ:

Палеху

Православие в эпоху Постмодерна: http://www.pravaya.ru/look/10436


15 сентября 04:46, Палех:

Да фиг с ней, с терминологией. Я не так уж искушен. Пускай будет пост-постмодернИЗМ (там у Вас и правда есть что-то ницшеанское за пределами добра и зла и еще дальше в космос). Я о другом совсем. Мне как (вне всякого сомнеия) человеку Постмодерна после прочтения главки романа малость "поплохело" (просто делюсь личными ощущениями).

Базару нет, материал по ссылке про "Православие в эпоху Постмодерна" - весьма дельный и расставляет очень многие точки над е. Можно смело снять шляпу и склонить голову. Глубоко жизненная, удачная вешь...

У меня лично с текстом "динамо" затык вышел. На мой вкус: то-ли убавть надо постмодернизма (который в плохом смысле), то-ли открутить на всю катушку швейковской иронии. А то уж очень похоже, простите, на кощунство (в традиционно-православном древнем смысле). На крайняк может стоило тупо продать сюжет Сорокину, он неправославный. И пнуть его потом - одно удовольствие (что недавно проделал водила КАМАЗА, загнав классика постмодернизма на его мопеде в канаву http://www.aif.ru/proish/article_prmid_dta79222.html)

Хотя, если перевести Ваш футбольный текст на португальский, то можно уже в этом сезоне простимулировать пару-тройку лидеров бело-голубых к медалям выокого достоинства (Данни, Сиссеро, Куштодиу). Завершить, так-сказать, католический Модерн на трех отдельно взятых субъектах в форме успеха, а если повезет то и - полного Триумфа. Да только вот у Андрея Николаевича Кобелева тогда появятся все шансы стать пациентом клиники им. Алексеева (бывш. Кащенко). Жалко - хороший перспективный тренер. Наш, русский.

А вообще интересно, откуда вдруг взялась идея живоописания тотально-воцерковленного футбола (Кройф просто отдыхает в своей протестантской голландии). Почему бы не поробовать что нибудь более радикальное: скажем поставить такой литературный эксперимент с кофешопом или гейклубом. Уж Постмодерн так Постмодерн!


15 сентября 13:15, ИБ:

Палеху

Позвольте всё же заметить, что между футбольным клубом и гей-клубом есть некоторая разница. Футбольный мир - это все же человечество, а не пост-человечество, его ещё можно спасти. Идея спасения футболистов сложилась у меня довольно давно. В детстве я выдумал целый параллельный футбольный космос - там было полтора десятка советских команд и все основные мировые сборные. То есть, с именами, с фамилиями, характерами и т.д. Я проводил чемпионаты, вел статистику и т.д. ит.п. Это продолжалось и развивалось несколько лет. Потом я вырос и все это кончилось - остались только исписанные толстые тетради. Потом, когда мне было лет 25, я осознал свою ответственность за созданный мной мир и решил всех покрестить и тем самым предрасположить к спасению и сделал это в главе из романа, написанной, кстати, довольно давно - лет десять назад. Так что к реальности это не имеет прямого отношения - разве только как модель :) Но вот недавно в прессе стали появляться интервью с верующими футболистами, и я понял, что модель начинает работать :)

Что касается Андрея Кобелева, то мне посчастливилось наблюдать за ним ещё в юношеский период, т.к. мы ровесники, и многие мои приятели занимались футболом, а я ходил за них болеть. Андрей был мегазвездой юношеского спорта - иногда забивал за матч по 8 мячей. Против тогдашнего Динамо играть было бесполезно (а я, болевший в то время за Динамо, втайне радовался). Потом он был даже, помнится, капитаном юношеской сборной СССР, которая выиграла ЧМ году в 86-м. Он быстро попал в основной состав и... на этом почти все кончилось. Так что я теперь очень желаю ему всяческих успехов, это одареннейший в футбольном отношении человек.


16 сентября 02:26, Палех:

И.Б.

Теперь стало чуточку понятнее.

Хотя, между "понять" и "принять", разница примерно такая же, как между "человечеством" и "постчеловечеством"…

Были в истории христианства апостолы иудеев, был "апостол языков", равные апостолам князья разных стран и народов, был даже "апостол интеллигентов" о. Александр Мень... Но апостол футбола и футболистов - это смелейшее ноу-хау в протестантском или даже новейшее-католическом духе... Конечно, "... вси во своем чину станут, стари и младии, владыки и князи, девы и священницы..." (из покаянного канона), но где найти про парикмахеров и моряков, адвокатов и доярок, таксистов и оленеводов, писателей и водолазов? Нечего и искать… Об эсхатологии профессий едва ли найдется хоть строчка в Евангелии или у Св. Отцов. Даже у Данте (хотя он и явный человек Модерна) Ад не имел ярко выраженной корпоративной структуризации. Да и по эту сторону бытия церковные общины испоконь оформлялись по территориальному, национальному или семейному принципу. Каждый спасался сам. Исключение, пожалуй, составляла лишь армия. Ну и… среди прочих профессий в особое положение сами себя поставили только вольные каменщики , да большевики отправляли из царства необходимости в царство свободы и обратно - целые социальные классы…

Стройным порядком на Божий Суд могла явиться разве что «основа» ташкентского «Пахтакора», разбившаяся в авиакатастрофе где-то в начале 80-х. Да и то, ЧТО мы здесь на земле можем знать об этом?

Ну вот, не хотел Вас обидеть, а наверняка уже обидел… Сумничал…

Эх...

Но если не знать преамбулы про то что «мы ответственны за тех виртуальных футболистов, которых приручили», а читать так, как опубликовано на сайте изначально, возникают противоречивые чувства (мягко говоря).

Кстати, проблема воцерковления спорта и массовых зрелищ – не такая уж свежая, как кажется. «Второй Рим», передавая нам православную традицию погреб под своими руинами эту весьма популярную там страсть. Я имею в виду стадионные игрища-скачки. Это же была средневековая «Формула-1» или если угодно «Лига чемпионов». Явление во граде Святого Константина далеко не последнее. Ни церковь, ни император игнорировать это явление были не в силах (то ли еще будет у нас в Сочи-2014). Там были и общестадионные молитвы за успех соревнований и vip-ложа с духовенством и прочие странности. А фан-клубы основных конюшен даже служили электоральной базой для высших политических группировок Византии. (Ситуация очень неплохо описана в историческом романе современного очень недурного православного писателя из Самары прот. Николая Агафонова - «Иоанн Дамаскин»). Интересно, но в средневековой Византии Модерном вроде еще и не пахло, а к Традиции уже были вопросы и у народа в том числе.

Я все это к тому, что раз «Четвертому Риму не быти», то пристойно ли пребывая в Третьем наступать на ветхие грабли Второго, которые наши мудрые предки возлагая на себя мессианское бремя выбросили на историческую свалку неактуального инвентаря? Ведь есть в мiре явления несоединимые, наподобие ужа и ежа (Зрелище и Церковь). Одно развлекает, другое спасает. Невозможно ведь спасая развлекать и развлекая спасать. Это, на мой взгляд, вполне традиционная установка, уместная в сегодняшней ситуации Постмодерна.

Короче, как говаривал Николай Николаевич Озеров, «такой футбол нам не нужен!» 

Еще раз прошу прощение за умничанье, но меня задело за живое…

П.С. Я тоже болел за московское «Динамо» еще с докобелевско-колывановско-добровольских времен. Продолжаю и сегодня, грешным делом, переживать за любимую команду. Правда, уже гораздо спокойнее…

П.П.С. Про интервью с верующими футболистами очень интересно. Я не читал ни одного такого. Если сохранились ссылки, поделитесь, пожалуйста.


16 сентября 20:52, ИБ:

Спасибо за интересный разговор, мне, право, не на что обижаться :)

Я рад, что текст задел, поскольку другого назначения у художественного произведения нет и не может быть. Художественный текст может порождать богословскую или философскую рефлексию, но сам он не может измеряться критериями богословия или философии - это просто другая реальность.

По поводу Византии и православных футболистов - вот ещё полусерьезный текст: http://pravaya.ru/look/642

И ещё ссылка, о которой Вы просили: http://pravaya.ru/leftright/473/10587


17 сентября 13:41, Jasmund:

Это не про футбол

Это та же мысль, что в армии Жанны Д'Арк: перед боем все шли на службу, исповедовались и причащались. Так солдаты (= "спортсмены") становились воинами.


17 сентября 21:33, Палех:

И. Б.

Спасибо за ссылки.

Порадовался за обращение к спасительному Пути одного, отдельно взятого футболиста. Но с футболом, я так понял, он все же закончил :)



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019