20 марта 2019
Вы не правы

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Бражников
26 января 2004 г.
версия для печати

«Диктатура закона» в благодатной стране

(полемика с газетой "Русская мысль")

Итак, если и возможна в России диктатура, то пусть это будет Диктатура Благодати. Была же в своё время в российской истории, при Александре II, «диктатура сердца» (тоже, впрочем, закончившаяся цареубийством). Давайте наконец перестанем мешать Богу управлять Россией. Пусть Власть Бога будет законно восстановлена на всей российской территории. Но это, собственно, скорее всего и будет восстановлением русского Самодержавия, в истинном его смысле. Или – мы увидим то, чего еще не случалось в новой истории, чему пока нет названия.

В нынешнее правление некоторым успехом пользовалось одно ловкое выражение президента Путина. Отвечая на профессионально испуганные вопросы журналистов, Путин сказал, что если, мол, и может быть в России диктатура, то это должна быть диктатура закона.

Да, за годы беззакония слово “закон” успело приобрести определенную привлекательность. Вообще, наверное, Россия истосковалась по Закону. Между тем, надо думать, неслучайно, что первое книжное произведение русского автора – “Слово о Законе и Благодати” митр. Илариона (1051) – рядом с “Законом” ставит, еще одно, ныне юристами позабытое, но тем не менее определяющее для русского бытия словечко. Если бы президент помнил о нём, может, он как-нибудь изменил бы свою эффектную, на первый взгляд, формулу.

Митрополит же Иларион в своем “Слове” пишет: “Закон – предтеча и слуга Благодати и Истине. Истина же и Благодать – слуга будущему веку… Прежде Закон, потом она, Благодать. Прежде лишь тень, потом – Истина”…

Одним из вселяющих надежду событий для православных верующих и даже, пожалуй, знамением уходящего века стала канонизация последнего Государя и его Семьи. По этому поводу писалось столько, что, наверное, нет нужды повторяться. Факт, что почитание Царя шло благодатно, “снизу”, и постановление поместного собора (“закон”), с нетерпением ожидаемое всеми, кого уже коснулась святость Государя, было формальностью – но, конечно, отнюдь не пустой.

И вот в ноябре в НГ и НГ–Религиях одновременно появляется симптоматичная статья корреспондента “Русской мысли” г-на Кырлежева, которая пытается поставить под сомнение ту форму народно-православного царепочитания, которая уже сложилась, отделить, так сказать, “зёрна от плевел”. Заголовок статьи безапелляционно ставит вопрос: утвердится или нет “новая ересь”?

Прежде всего хочется спросить: откуда у автора такая смелость? Согласно г. Кырлежеву, единственно “правильную” каноническую форму церковного почитания может установить только собор. И автор сожалеет, что состоявшийся в августе собор не определил своего отношение к “новой ереси”. Заметим, что апеллируя к собору как истине в последней инстанции и тем выказывая как бы ортодоксальную законопослушность, автор до соответствующего решения собора уверенно называет народную форму царепочитания “ересью”. Однако… Если соборного определения ещё нет, тогда любое обвинение в ереси будет не более чем частное мнение некоего лица. Это если исходить из логики самого автора. Таким образом, о ереси народного почитания Царя говорить как минимум преждевременно, как максимум же – кощунственно.

Итак, определение нового культа как ереси является всего лишь частным мнением г–на Кырлежева? Но беда в том, что мнение это весьма типично, что и позволяет г.Кырлежаеву вещать как бы от лица всей остальной, “не впавшей в ересь” части Церкви, не допуская, что с гораздо большей вероятностью может быть ересью его (или “их”) частное мнение. Слово “ересь” приличествует языку соборов и никак не приличествует частным лицам!

Потому, может, и не стоило бы спорить с г. Кырлежевым, но в его статье (в этом для меня ее единственное оправдание), сознательно или нет, ставится вопрос о том, что такое вообще ересь? И что такое святость?

Ересь – нарушение ортодоксии, искажение догматов. Однако какие догматы, правила, постановления соборов нарушены почитателями святого Царя? Автор, надо отдать ему должное, скрупулезно и точно выписывает по книге “Царский сборник” те особенности современного религиозного сознания, которые ему непонятны. Полагаю, если бы он так же скрупулезно проштудировал Василия Великого или, к примеру, книгу “Каноны” и установил несоответствия, – вся Православная Церковь была бы признательна ему за этот труд. Однако и в этом случае есть загвоздка: где искать каноны для святости? Где догматы и правила канонизации для Царя?

Святость прежде всего есть факт личного бессмертия, проявившегося до Суда, т.е. до окончательного выяснения, кто есть кто и кто был кем в этом мире. Это факт, многократно подтвержденный, во-первых, таинственно – религиозным опытом – и, во-вторых, видимыми знаками (мироточение, нерукотворное обновление икон, исцеления и др. чудеса). Всё это в полной мере проявилось в случае с нашим Царём. Тому – 5 томов свидетельств, собранных и выпущенных в течение 1997 – 2000 г. издательством “Новая Книга” под названием “Чудеса Царственных Мучеников. К прославлению Царя-Мученика в России”. Автор в праве им не доверять – но то дело его личной веры.

Настоящая канонизация совершается на небесах. Уместно привести здесь слова о. Александра (Шаргунова), сказанные как раз по поводу канонизации Государя: “Церковь не создаёт новых святых. Святые – это те, кто помазаны Самим Господом в Его Царстве. Единственное, что может сделать Церковь – это засвидетельствовать, что есть такие праведники Божии, которые получили от Господа Благодать. И Церковь, водимая Духом Святым, может этих праведников увидеть и призвать всех верных обращаться к ним”.

Таким образом, канонизация святого есть земное свидетельство о небесном. Церковь как образ Царствия Небесного на земле лишь подтверждает, свидетельствует здесь об уже совершившемся факте. Вот почему на соборе, к удивлению г.Кырлежева, производился только “поиск наиболее точной формулировки прославления”. Церковь – это не законодательный орган, и ее деятельность несводима к постановлениям соборов.

Теперь о стиле г. Кырлежева. Безапелляционность автора в целом поражает. Более или менее корректные тезисы контрастируют с убийственными для любого верующего подзаголовками, например: “Небесный патрон неомонархистов” – выражение, достойное председателя союза безбожников Е. Ярославского, а не православного мирянина и вообще не христианина, коим, наверное, считает себя автор.

Статья, избегая грубой полемики, насквозь пропитана тонкой иронией, граничащей с ехидством. Много закавыченных слов – свидетельство авторского скептицизма. Интересно проследить, что именно кавычится. Вот святые благоверные кн. Борис и Глеб приведены как “классический” случай страстотерпчества. Понимать ли эпитет в том смысле, что это относится к истории и культуре Греции? Или в том смысле, что есть “неклассические” страстотерпцы?

Кстати, если они и есть, то случай Бориса и Глеба как раз скорее “неклассический”: вопрос об их канонизации долго был предметом спора с Константинопольским Патриархатом. Культ св. Бориса и Глеба сложился в народе едва ли не вопреки мнению духовенства. Г.Федотов в своей книге “Святые Древней Руси” пишет: “Канонизация эта была произведена, несомненно, не по почину высшей иерархии, то есть греков-митрополитов”. Это был чисто русский случай, можно, конечно, назвать его и классическим русским – без всяких кавычек. 50 лет думал Константинополь, но второе обретение нетленных мощей святых, их многочисленные явления и чудеса говорили сами за себя – в 1072 г. греки признали эту канонизацию, хотя греческий митрополит Георгий “бе не верствуя, яко свята блаженная”. По словам Г.Федотова, “Нужна была твёрдая вера русских людей в своих новых святых, чтобы преодолеть все канонические сомнения и сопротивление греков, вообще не склонных поощрять религиозный национализм новокрещеного народа”.

Далее автор заключает в кавычки слово “Искупитель”, иронизируя над идеей искупительной жертвы Царя за Россию. Еретично, в его представлении, то, что Царь уподобился Христу и, мол, погиб-то не за Христа, а за Отечество. Здесь проявляется не только религиозная глухота автора, не только нелюбовь его к России, но и элементарное невежество: корреспондент отчасти парижской газеты, несомненно, никогда не читал упомянутой (к тому же впервые вышедшей в Париже) книги Г. Федотова. В самой первой ее главе разбирается случай Бориса и Глеба как пример “не классической”, а именно русской святости. В другой же известной книге “Русское религиозное сознание” Федотов пишет, что с почитанием Бориса и Глеба как святых в мировом христианстве появилось нечто новое: русский кенотизм – принятие на себя крайнего бессилия, добровольное привлечение смерти: “Русская церковь не делала различия между смертью за веру во Христа и смертью в последовании Христу, с особым почитанием относясь ко второму подвигу”. И еще: “Вольное мучение есть подражание Христу, совершенное исполнение Евангелия” (разрядка моя – И.Б.).

Канонизация святых страстотерпцев Бориса и Глеба, безусловно, являла собой знак будущего избранничества русской Церкви – она создавала и утверждала новые каноны святости, и христианский мир их признавал.

К сожалению, мнение г. Кырлежева по вопросу об искуплении не единственное: разного рода опасения высказывались неоднократно и православными мирянами, и священством. Аргумент их таков: не может быть “двух” Искупителей, Искупителем человеческого рода является только Господь Иисус Христос. Такая точка зрения, конечно, канонически безупречна. Но хотелось бы напомнить всем законникам от православия: искупительная жертва Господа нашего, которой мы, не имея доказательств, верим, с точки зрения иудейского Закона, есть чистая ересь. И христиане для ортодоксального иудейства до сих пор – еретики. Если же мы признаем искупительную жертву Христа, то есть верим, что Бог может быть принесен в жертву за грехи людей, а с другой стороны, верим, что Царь – образ Бога на земле, что Царь для своего народа по сути то же, что Бог для всего мiра, то для нас должна быть несомненна возможность для Царя быть Искупителем. В противном случае, если следовать законнической логике до конца, нужно отрицать таинство Помазания на царство, святость Бориса и Глеба, Андрея Боголюбского, Михаила Тверского, царевича Димитрия… Все они, строго говоря, пострадали не за Христа, почти все были убиты своими же братьями-православными. То есть нам придется в этом случае в очередной раз с чистого листа переписывать свою историю, признав заодно русскую версию Православия ересью.

Полагаю, делать этого всё же не следует. На вопрос автора статьи (“утвердится или нет?”) рискну ответить положительно: утвердится, но только не в качестве ереси, а в качестве нового канона. Царь Николай не просто страстотерпец. Возглавив Собор Новомучеников, Царь вместе с Семьей уже сегодня занимает особое, единственное место. Уверен, что этому месту, со временем, будет соответствовать и особенный чин.

Да, ясных указаний соборов о канонизации Царей мы не найдем. И не можем найти! Во-первых, почти 500 лет был только один православный Царь на земле, и только единожды он был убит именно как Царь вместе с вовсе невинными супругой и детьми. Откуда взять точные каноны и правила в этой ситуации? Их просто не может быть. А значит, они могут быть явлены на свет только действием Божественной Благодати через угодников Божиих. А дальше – только после этого! – дело собора рассмотреть, отобрать, утвердить. И, несомненно, это будет сделано в ближайшее время.

Автор же статьи предлагает Церкви несколько иную схему канонизации – мягко говоря, странную. “Для того, – пишет г.Кырлежев, – чтобы он ( Распутин ) занял место в “житии” (опять кавычки! – И.Б.) царя и в концепции царепочитания в целом, необходимо провести трудную “имиджмейкерскую” работу”. Вот оно что! Оказывается, не само церковное сознание определяет со временем место лица, а целенаправленная “имиджмейкерская работа” отдельных церковников! Впрочем, оговаривается автор, вследствие естественного развития культа Царя-Искупителя, образ святого старца может “утвердиться сам собой”. Но, позвольте, г. пропагандист информационных технологий, ведь если “утвердится сам собой” – это и будет означать реальную святость!

По мнению г. Кырлежева, Церковь накануне архиерейского собора не провела должную “пропагандистскую кампанию” (в кавычках) по разъяснению понимания канонизации Царя-Мученика. Но разве проведение пропагандистской кампании приличествует Церкви Христовой? Вот уж подлинно оговорка! Автор статьи считает опасной сложившуюся форму царепочитания, а при этом допускает для Церкви современные “чёрные” информационные технологии – и не видит в этом никакой опасности. Это воистину странно!

А дальше – ещё веселее: неисполненной задачей Церкви на соборе, согласно автору, являлась “нейтрализация всех попыток самовольного литургического творчества”. Вот где “схоронены концы”, где корень странных авторских взглядов! Интересно, какими методами он хотел бы, чтобы Церковь “нейтрализовала” эти попытки творчества? Путём изъятия и публичного сожжения текстов? Или – самих “еретиков”?

Г. Кырлежев, как видно, в принципе против религиозного творчества. Автору хотелось бы полностью пресечь творчество, т.е. Благодать, чтобы остался только Закон в виде постановления собора. Справедливости ради, отмечу, что он однажды не без удивления отмечает, что “на пороге ХХI Века Русь явила удивительную способность к религиозному творчеству, своего рода “христианскую пассионарность” (опять кавычки!), о которой давно устал мечтать гнилой христианский Запад”. Однако, эта мысль находится у автора в явном противоречии со всем вышесказанным.

Далее автор, что также огорчает, но уже не удивляет, кавычит слово “мистический” (“Мистическое” единство единомышленников”). Я бы скорее тут на его месте закавычил неуклюжую тавтологию, нежели поставил под сомнение мистический характер церковного единения, выраженного в понятии Полноты Церкви. Это ведь, к сведению г. Кырлежева, между прочим, общепринятый в Православии термин (см. напр. “Основы социальной концепции РПЦ”, М. 2000, с. 16 – кстати, принятые тем самым собором, к которому апеллирует автор).

Итак, подведя краткий итог, мы видим, что у слов, которые автор статьи заключает в кавычки (“Искупитель”, “житие”, “мистический” и др.) есть общее: это, как правило, термины, выражающие трансцендентную, богочеловеческую суть Церкви и в особенности русского Православия. Может, автор симпатизирует какой-то иной христианской конфессии или даже иной православной общности? Однако, он по-своему тяготеет к ортодоксии. Так, ничтоже сумняшеся г.Кырлежев навешивает ярлык “раскольников” Русской Православной Церкви За рубежом, ставя в вину авторам “Царского сборника”, что они-де “не различают” свою Церковь и РПЦЗ. И Слава Богу, что не различают! РПЦЗ исповедала святость Царя на 19 лет раньше РПЦ – это ли не знак Благодати? Может быть, сегодня Царь станет той фигурой, которая соединит в любви расколотые историей православные церкви!

Вообще, без сомнения, от почитателей Царя Церковь только объединится и укрепится (как и сам Царь являлся единственной объединяющей силой разнородного российского общества – после Февраля всё поехало и по-прежнему едет в разные стороны). А от советов г.Кырлежева (в применении технологий и др.), если ими воспользоваться, Церковь превратится в орудие дьявола, без всяких кавычек.

Статья приятна своей прозрачностью – видны (хотя и заглажены) ее мировоззренческие истоки. Г.Кырлежев всеми силами стремится представить почитателей Царя как некую секту, занести ее в разряд таких явлений, за которыми в либеральном сознании укрепилось характерное прозвище: “религиозный фанатизм”. Автор, несомненно, адепт современного общества, убежден, наверное, что Православная Церковь может существовать и при либеральной демократии. Вообще есть прямая связь между неприятием святости Царя во всей ее мистической полноте и социальным конформизмом. С сочувственной ссылкой на митр. Ювеналия говорится о том, что канонизация Царя не означает канонизации монархии.

Однако, если вдуматься, “канонизация монархии” есть абсурд, которого нет и не может быть в сознании верных почитателей святого Царя. Вопрос об отношении Церкви к формам государственной власти исчерпывающе изложен в соответствующем (III.7) разделе брошюры, о которой уже шла речь – “Основы социальной концепции РПЦ”. Там говорится в частности о том, что монархия как богоданная власть, безусловно, предпочтительнее современной демократии как не ищущей божественной санкции власти. Вместе с тем признается, что демократия более соответствует современному состоянию общества, в целом продолжающего отпадение от Бога и Церкви. При этом: “Изменение властной формы на более религиозно укорененную (т.е., например, либеральной демократии на монархию) без одухотворения самого общества неизбежно выродится в ложь и лицемерие, обессилит эту форму и обесценит ее в глазах людей. Однако нельзя вовсе исключить возможность такого духовного возрождения общества, когда религиозно более богатая форма государственного устроения станет естественной” (Прим. в скобках и курсив мои – И.Б.).

Так вот, уважаемый г. Кырлежев: признавая удивляющую вас христианскую пассионарность Руси на пороге XXI века, вы косвенно свидетельствуете об одухотворенности почитателей Царя-Страстотерпца и боговдохновенности той формы почитания, которая у них сложилась. Стало быть, если Господь того захочет, именно они, почитатели святого Царя Николая, станут той евангельской малой закваской, которая заквашивает всё тесто. С них начнется духовное возрождение общества, которое сделает возможной и естественной религиозно более богатую, чем современная демократия, форму государственного устроения – может быть, монархию, а может быть, и некое новое судейство, которое, являясь прямой теократией и будучи тем самым еще выше в религиозном отношении, приближает государство к Церкви.

Бог сам искореняет ереси. Сотни еретических учений, пройдя горнило Церкви, очистились и очистили саму Церковь, которую, по слову Господа, не одолеют врата ада. Боязнь “новой ереси” есть плод интеллектуальной надуманности и свидетельство отсутствия истинной сердечной веры у автора.

“Для поверившего сердца закон мертв”. Каждое столкновение с неверием для уверовавшего сердца мучительно. В статье “Утвердится или нет новая ересь?” факт неверия продемонстрирован публично, что особенно огорчает.

И ещё напоследок – о так наз. “жидах”. Г. Кырлежев указывает на “антисемитизм” почитателей Царя как на еще один признак ереси. Конечно, формула “от жидов убиенный” грешит некоторой односторонностью и упрощением. К сожалению, Царь убиен не только от “жидов”, но и от бывших православных, от пленных австрийцев и венгров, завербованных ЧК. Цареубийцы были интернационалистами. Царь убиен от всех своих бывших подданных – за что все они, и их потомки, поныне несут ответственность. Кстати, эта ответственность “детей” за “отцов” тоже может быть оспорена с канонической точки зрения, однако, для любого верующего очевидна. Все русские православные – за то, что не уберегли своего Царя – платят сторицей. Однако невозможно оспорить исторический факт: декрет ВЦИК об убийстве Царской Семьи подписан Я.М.Свердловым. Приводили декрет в действие – Шая Голощёкин и Янкель Юровский. Последний и является непосредственным убийцей Царя и Наследника. Так что – и “от жидов”, к величайшему сожалению для относящих себя к этой категории и для автора статьи.

Опасность для общества, которой стращает г. Кырлежев, заключается не в “антисемитизме”, и не в абстрактных “антицерковниках”, и не в утверждении “новой ереси”. Сегодняшнее общество быстрее загнётся от своих собственных проблем, от вседозволенности греха, которая им допущена и от которой на самом деле его некому удерживать. Царь сегодня – это единственный шанс вернуть политике нравственное измерение, а обществу – законность. И не фарисейское законничество, которого хватает сегодня и с позиций которого на самом деле написана статья г. Кырлежева, а истинную христианскую законность, выше которой только божественная Благодать.

Что же касается Владимира Путина, то слова его сегодня вызывают недоумение: зачем нам “диктатура закона”, если она не предуготовляет Благодать? Ведь еще с XI века на Руси знают, что только в Благодати цель и оправдание Закона. Спору нет, без Закона нет Благодати. Но какую Благодать предуготовит нам либеральное законодательство? Не благодать ли так называемого “всеобщего благоденствия”? Так спасибо, не надо нам такой “благодати”. Все реформаторы в России совершают одну и ту же ошибку. Ещё Карамзин поражался в связи с “Проектом уложения” Сперанского, в котором были прямые заимствования из “Кодекса Наполеона”: Россия существует около 1000 лет, а ей пытаются навязать государственное устройство, как будто она только образовалась!

Так всё-таки, Владимир Владимирович, зачем нам диктатура либерального американо-французского законодательства?

Царь прославлен. Это значит как минимум, что он оправдан Историей. Это значит также (если чуть-чуть поразмыслить), что оправдана (но вовсе не “канонизирована”) и монархия. Это значит, что Февраль является государственным преступлением, и всё, что происходило после Февраля, следовало бы признать незаконным. Ведь только в советских учебниках писали, да болтали в либеральных кругах, что монархия попирала законы. В действительности российские законы складывались постепенно, в течение всей 1000–летней истории, и были разом упразднены большевиками 22 ноября 1917 г. Так не лучше ли начать диктатуру закона с пересмотра и восстановления существовавшего законодательства, плохо или хорошо, но учитывавшего специфику России? Не потому ли Россия никак не придет в себя, что помещена в политико-правовое прокрустово ложе западной демократии?

Итак, если и возможна в России диктатура, то пусть это будет Диктатура Благодати. Была же в своё время в российской истории, при Александре II, “диктатура сердца” (тоже, впрочем, закончившаяся цареубийством). Давайте наконец перестанем мешать Богу управлять Россией. Пусть Власть Бога будет законно восстановлена на всей российской территории. Но это, собственно, скорее всего и будет восстановлением русского Самодержавия, в истинном его смысле. Или – мы увидим то, чего еще не случалось в новой истории, чему пока нет названия.

И да поможет нам Святой Царь вновь обрести себя.

Воскресенье, 10 декабря. Знамение Божией Матери. – вторник, 19 Декабря 2000 г. Святителя Николая Чудотворца.

P.S. В 2003 г. статья Кырлежева вошла в его книжку "Власть Церкви". В рецензии на книгу об авторе говорится, в частности: "Он – преподаватель Российской академии государственной службы (РАГС), консультант Синодальной богословской комиссии Русской Православной Церкви Московского патриархата (РПЦ МП), обозреватель интернет-портала "Религия и СМИ" и проч. и проч. и проч., к тому же недавно награжденный высокой церковной наградой".



Смотрите также в интернете:

portal-credo.ru/site/?act=tv_reviews&id=81


Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

15 января 05:14, Посетитель сайта:

"В действительности российские законы складывались постепенно, в течение всей 1000–летней истории, и были разом упразднены большевиками 22 ноября 1917 г. Так не лучше ли начать диктатуру закона с пересмотра и восстановления существовавшего законодательства, плохо или хорошо, но учитывавшего специфику России?" Очень верно и правильно!


13 февраля 07:27, Турик:

предложени

Господи, да сколько мы будем еще тратить сил и время на всякую жидовскую брехню? Не пора ли нам потребовать - именно ПОТРЕБОВАТЬ от синодальных митрополитов - гнать взашей жидовствующих из консультантов! Васька слушает,да ест. Может научим его по-русски понимать? Заняться нечем? Нам нужно крепить наше единство и силу, а не отвлекаться на их брехню.


5 июля 15:59, Николай Т.:

Аргументы Куырлежева выглядят вполне убедительно. Г-н Бражников, критикуя Кырлежева вы делаете как минимум две ошибки: забываете о роли епископа в Церкви и пренебрегаете историческими фактами. Тем самым позволительно будет поставить вам в упрек соучание в параправославном мифотфорчестве. Вы об этом задумывались?


3 февраля 22:09, ИБ:

Николаю Т.

Укажите подробнее, где я забываю о роли епископа и где пренебрегаю истор. фактами. Пока Ваше утверждение голословно.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019