16 декабря 2019
Жесты

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья и Яна Бражниковы
30 декабря 2015 г.
версия для печати

"Восьмёрка" Квентина Тарантино: бессмысленная и беспощадная

Новогодняя мировая премьера нового фильма Квентина Тарантино, намеченная на 1.01.2016, фактически сорвана. "Утекшая" за неделю до выхода на экраны копия "Омерзительной восьмерки" (The Hateful Eight) за считанные часы пережила полмиллиона скачиваний, была дублирована кинолюбителями и поступила в подпольную розничную продажу

Пиратская охота за очередным шедевром от мэтра стартовала еще на сценарном этапе. Тарантино, как известно, подал судебный иск по факту незаконного размещения в сети текста сценария будущего фильма; кажется, поклонники не ожидали от великого автора подобной мелочности. Сообщалось, однако, что он страшно раздосадован и вынужден прервать работу. Вернуться к съемкам Квентин смог лишь после переработки сценария: были изменены концовка и ряд сцен.

На первый взгляд, у восьмого фильма культового режиссера есть всё, что нужно для бешеного успеха у широкой адресной аудитории:

- традиционно затянутые, абсурдистско-занудные тарантиновские диалоги с расставлением всех точек над i (прогонам по теме гражданских \ «гибридных» войн посвящена вся неспешная экспозиция картины);

- блестящая игра актеров. (Отдельно хочется порадоваться за Курта Рассела. В "Восьмерке" он играет "висельника", "охотника за головами", человека вполне “hateful”, но принципиального и в некотором роде консервативного – выглядящего точь-в-точь как наш любимый Константин Николаевич Леонтьев на известном портрете). (Образ русского мыслителя присутствует настолько явно, что невольно задумываешься: не Геннадий ли Андреевич Зюганов познакомил с ним Тарантино во время визита последнего на московский кинофестиваль?);

- киногеничные экстерьеры: повозка, запряженная шестеркой лошадей, мчит пассажиров и их багаж, который нужно доставить "живым или мертвым" — по как будто русским (правда, горным: номинально заявлен западный штат Вайоминг) заснеженным просторам. Сюда же отнесем стильные хипстерские павильоны, которые главные герои, как водится, щедро зальют блевотиной и кровью;

- излюбленные, хорошо известные поклонникам творчества Тарантино т.н. "постмодернистские" приемы киноповествования. Любители получают их сполна в новой картине по принципу масс-маркетинга: мы ожидаем, что в любой точке узнаваемого бренда мы получим то, что уже пробовали – того же качества и по той же цене.

Прямо скажем, истерика по поводу «утечки» была совершенно избыточной: ясно, что снять фильм по такому сценарию мог исключительно Квентин Тарантино – равно как и смотреть этот фильм будут прежде всего в силу выдающихся прошлых достижений великого автора. Здесь-то, на наш взгляд, и кроется причина совершенной застойности и буквальной «омерзительности» пресловутой восьмёрки.

После визита Тарантино в Москву – в роли почетного члена жюри ММКФ – ходили слухи, что новый фильм его будет «про Россию». В определенном смысле дело оказалось гораздо хуже: «Омерзительная восьмерка» — фильм не про Россию (хотя фактура, повторимся, очень даже «русская» — ассоциация с повестью «Метель» В. Сорокина не ослабевает в ходе просмотра). Это фильм почти «российский» — если судить не о «политике», но о качестве художественного продукта. То есть пафосный, предсказуемый, бессмысленный и беспощадный. Не хватает только Ивана Охлобыстина и Гоши Куценко, которые, уверены, блестяще справились бы с второстепенными ролями кого-то из «омерзительных».

Тарантино после ММКФ вдруг словно бы превратился в Никиту Сергеевича Михалкова, фильмы которого давно представляют собой безотходное самовоспроизводство. В таких картинах актёры работают – и работают превосходно – а режиссер отдыхает. Единственной его заботой становится отслеживание собственной идентичности и авторского права.

Безошибочным признаком михалковской «инфекции» у Тарантино, в частности, является совершеннейший пораженческий ужас перед Женщиной. Главная (и по сути единственная) женская роль – Дейзи Домерг, атаманши банды – лишь по недомыслию может быть трактована как образ феминистки-мученицы в мужском аду. Режиссер как огня боится собственной героини – и актерская игра в этой ситуации лишь усугубляет священный ужас неприкосновенности, обращая происходящее в кадре в качественную актерскую "капусту". Лицо Дейзи (Дженнифер Джейсон Ли) изначально подано в виде заштрихованном; с каждым новым ударом в лицо оно все плотнее обрастает маской, автор стремится закрыться от необходимости деконструировать «дамочку»-убийцу.

Тарантино изменил собственным принципам, один из которых гласил: «Фильм, мать его, должен нести смысл». Смысла в «Омерзительной восьмёрке» нет совсем – если не считать оным трюизм, что убийцы и стражи закона вообще ничем не отличаются друг от друга, только омерзительные убийства одних называются «преступлением», а не менее чудовищные убийства других – «казнью» и «исполнением закона». Но этот «месседж», пожалуй, слишком очевиден и ясен с самого начала, чтобы посвящать ему целый фильм.

Другой «месседж» – бабы всё врут, и всё зло от них, и вообще они ведьмы – тоже не назовёшь оригинальным.

Наконец, третий месседж: никогда не верь ниггерам – вначале кажется обычной весёлой тарантиновской игрой в неполиткорректность, однако к середине, к моменту рассказа майора Уоррена (Сэм Джексон) об издевательствах над сыном белого генерала – совершенно в духе раннего Эдички или Пелевина – уже совсем не смешит, но, напротив, порядочно утомляет.

Тарантино словно бы снял подражание самому себе – фильм, где все ходы сделаны, все приемы соблюдены, тонны красной краски вылиты, а идеи не просматривается. Он как будто бы незаметно перешёл тонкую грань и превратился в своего двойника, стал вторым «Родригесом». Впрочем, излишне драматизировать ситуацию не стоит: фильм, сотканный из автоцитат – начиная от актёрского ансамбля, представляющего своего рода «микс» всех предыдущих работ режиссёра, и заканчивая движением камеры, — кажется, обречён на успех. Пусть это и не "десятка", как было в случае с "Криминальным чтивом" или "Убить Билла", но твёрдая "восьмёрка". Если оценивать художника по тем законам, которые он признаёт над собой сам, фильм, на наш взгляд, получился слабее последних его работ — "Бесславных ублюдков" и "Джанго освобождённого". В какой-то степени он повторяет концепцию первого и жанр второго.

Поэтому остаётся только пожелать Квентину удачи и скорейшего выхода из творческого тупика.


Прикреплённый файл:

 leo2.jpg, 15 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

2 января 22:45, Teoslav:

мерзость она и в кино мерзость



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019