18 июля 2019
Правые мысли
Мозаика

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Илья Бражников
20 апреля 2006 г.
версия для печати

Русские "Мальчики"

«Мальчики» - новая работа замечательного режиссера Сергея Женовача на материале Достоевского, в этом году показанная в рамках Фестиваля лучших российских спектаклей "Золотая маска"

МальчикиПолзучий консерватизм путинской эпохи делает актуальным классические постановки. 17 апреля нынешнего года традиционную национальную театральную премию «Золотая маска» получили «Три сестры» Петра Фоменко и "Шинель" театра "Современник". Даже на телевидении осознали фактор эстетического консерватизма, и теперь русская классическая литература переживает нелегкое испытание современными сериалами.

Однако интерес к Достоевскому сегодня выделяется на фоне реставрации (больше мнимой, нежели действительной) классического наследия. Достоевский читается сегодня много лучше и доходчивее, нежели в советское время, когда притуплялась и его социальная тема, и религиозная воспринималась неадекватно, национальная же и вовсе звучала почти неприлично. Теперь гораздо ближе и нагляднее и его образ нищеты, и драматические коллизии вокруг той или иной суммы денег, типичные для сюжетики Достоевского (вспомним рогожинские тысячи, сжигаемые в камине, десятирублевую купюру, подсунутую Лужиным Сонечке или, собственно, те двести рублей, которые Алеша Карамазов предлагает штабс-капитану Снегиреву).

Но Достоевский в нашей культуре выполняет ещё и функцию, которую я бы определил как национально-терапевтическую. Магически вторгаясь в сознание каждого русского человека, он нервно и назойливо требует отчета: веруешь ли безсмертие души? Чаешь ли воскресения мертвых и жизни будущего века? Не веруешь? Не чаешь? Но тогда ты – не русский. Достоевский – это ведь, на самом делое, наш первый шаг на пути к христианской нации, то есть к нации, объединенной христианскими ценностями.

«Мальчики» — новая работа замечательного режиссера Сергея Женовача на материале Достоевского, в этом году принимавшая участие в Фестивале лучших российских спектаклей "Золотая маска". До «Мальчиков» был великолепный, всем памятный «Идиот», несопоставимо более значительная работа, нежели премированный в минувшем году телесериал. В постановках Сергея Женовача Достоевский до миниализма скромен, классически ясен, доходчив и, осмелюсь сказать, настоятельно необходим каждому — не только по причинам эстетического характера, но и как выше обозначенная национально-религиозная терапия.

Мальчики — отнюдь не боковая линия в творчестве Достоевского. Детские черты являются обязательной деталью всех его положительных героев — Раскольникова, Сонечки, Лизаветы, князя Мышкина, Алёши и т.д. Но ребенок Достоевского — это не младенец, не дитя, это скорее подросток – 12-13-14 лет: психологию этого возраста Достоевский удивительно тонко чувствовал, как будто бы и сам в значительной степени сохраняя и культивируя в себе.

Как известно всем литературоведам, дети происходят из сентименталистской и романтической литературной традиции, куда они попали из традиции христианской (о чем задумываются, правда, не все литератроведы). Литературовед на вопрос: откуда берутся дети? — отвечает нимало не смущаясь: из литературы сентиментализма. Но Русские Мальчики Достоевского и Женовача сделаны совсем из другого теста.

Из чего же, как поется в песне, сделаны эти мальчики?

Сергей Пирняк (Илюшенька)Во-первых, из камней. В начальной сцене спектакля мальчик Илюша появляется с камнями и бросается ими. Бросаются камнями и другие мальчики, которые дразнят его словом «мочалка». В последнем эпизоде от мальчика Илюши остается один камень — могильный. Камень — эмблема мальчишеского, мужского, но в данном случае более значима ветхозаветная и евангельская символика. Камень — орудие казни в Ветхом Завете, то, чем побивается грех, и, с другой стороны, камень — это основание веры: Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее (Мф. 16: 18); Для мальчиков одноименного спектакля камни, которыми они, фактически, убивают Илюшеньку, превращаются в конце именно в основание их веры, символизируемой, в свою очередь, могильным камнем. Алеша Карамазов призывает их почаще приходить к этому камню, всегда помнить Илюшеньку и то, как им всем вместе было тут хорошо.

Во-вторых, спектакль – это, разумеется, и актерские работы. Александр Александр Корученков (Алеша Карамазов)Корученков (Алеша) смог без малейшей фальши воплотить сложный (для театра) образ Алеши – в первом действии монаха, а во-втором – монаха в миру, человека в изящном светском сюртуке. Алеша в исполнении Корученкова и во втором действии остается иноком: его смирение, скромность, искренность, "умная сердечность" (как сказано в одной из рецензий на спектакль ) удивительно органичны и не несут в себе ни капли "театральщины". Ярок и сам Илюшенька (Сергей Пирняк). Слов у него немного, он играет в основном жестами и глазами, но уж если произносит слова – в зале начинают плакать. Думаю, всем зрителям навсегда запомнится его фраза: «Это папа мой!» Не поверить ей в этот момент невозможно – притом, что спектакль студенческий, и отцов от детей внешне мало что отделяет.

Во время спектакля практически все действующие лица (кроме доктора, который именно посторонний, внешний этому миру) все время остаются на сцене. Это совершенно адекватно миру Достоевского, где все герои связаны невидимыми нитями, остро чувствуют и читают мысли друг друга, как будто стены домов и границы человеческого тела прозрачны.

Собственно, главная мысль спектакля мне видится именно в этом. На протяжении действия мальчики (как и взрослые) словно притираются друг к другу. Вначале все накалено и разделено. Антагонизм доходит до предела: до удара перочинным ножом (Илюша – Колю Красоткина), до побивания камнями (мальчики – Илюшу), до укуса руки (Илюша кусает Алешу Карамазова, который стремится выступить миротворцем).

И все же миротворческая миссия Алеши удается: все собираются вместе в квартире Снегиревых, находится, в некотором смысле даже воскресает, злополучная собака Жучка, которую Илюша из мальчишеского озорства заставил проглотить булавку и затем считал мертвой. У нее, по воскресении, новое имя – Перезвон. Собачья роль, которую исполняет с блеском Сергей Аброскин, — также одна из самых ярких в спектакле. Собака появляется, когда атмосфера начинает разряжаться, теплеть, она приносит больному Илюше чувство облегчения, наконец, именно Перезвону, по замыслу режиссера, выпадает роль играть смерть Илюши: с усиливающимся воем он делает по сцене все суживающиеся круги, мечется взад-вперед и — умолкает.

Это смерть, ничто иное. Но смерть, конечно же, не меняет структуры действия – все актеры (кроме упомянутого доктора, вестника смерти, на которого бросается даже милейший и добродушнейший Перезвон), включая Илюшеньку, остаются на сцене. Меняется только интонация, костюмы, свет. Все одеваются в черное, Илюша остается в белом. Илюшенька не только присутствует на сцене, не только «обозначен», но и все действие происходит вокруг него. Он никуда не «исчезает». Смерть как разъединяет, так и соединяет. Об этом говорит в финальной проповеди Алеша Карамазов. «Скажите, Карамазов, а правда, что мы все потом встретимся, после смерти?»«Да, это правда! Мы обязательно встретимся!» — с этими словами длинная шеренга героев, с Илюшенькой в центре, взявшись за руки, шагает прямо в зал, устраняя последнюю перегородку, включая в действие и зрителей. Мощнейший финал, который никого не оставляет равнодушным – разве лишь тех, кто в принципе равнодушен к вопросам жизни, смерти и посмертного существования.

Среди «русских мальчиков» Достоевского и Женовача таких нет. «Мальчики» — спектакль о безсмертии души, о Воскресении. Но также и о становлении новой общности. Недаром изгоняется доктор, инаковость которого подчеркнута у Достоевского комически-немецкой фамилией Герценштубе, а в ранней версии спектакля – ещё и азиатской внешностью. Теперь он внешне более «политкорректен», но сути это не меняет. Он – чужой. А все остальные – свои. Смерть мальчика собрала и связала их вместе, как смерть и Воскресение Христа – окончательно соединила апостолов, создала Церковь. А точнее будет сказать: и мальчиков, и апостолов собрала вместе любовь, которая сильнее смерти. Изгоняются из новой общности те, кому нет места в любви.

Очень хотелось бы, чтобы финальный шаг актеров к зрителям стал бы действительным шагом к интеграции общества. Шагом к христианской нации – объединению с русскими всех тех, кто чает воскресения мертвых и жизни будущего века.

Фото Олега Черноуса ( http://zhenovachi.ru/ )


Прикреплённый файл:

 Мальчики, 3 Kb

Смотрите также в интернете:

zhenovachi.ru/


Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

20 апреля 11:15, Илья:

По описанию спектакля, он хороший. Спектакль я к сожалению не имею возможности посмотреть, но хочется сказать - несколько лет назад записал с телевизора фильм "Мальчики", совсем небольшой. Не помню к сожалению режиссера, фильм очень отличается от всех, он очень светлый, очень православный. Это единственный фильм, который я как смотрю - то всегда рыдаю.


15 мая 20:23, Александр Репников:

Да, отличный спектакль. Не оставляет равнодушным!

Когда первый раз показывали зал был набит до отказа, и потом все билеты разлетаются мгновенно.

Актеры - умные и одухотворенные ребята.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019