3 апреля 2020
Правые мысли
Книги/Журналы

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Григорий Бондаренко, Дублин, Ирландия
3 февраля 2004 г.
версия для печати

БЕССМЕРТНИК ПОД КРЫЛОМ АГГЕЛА (П. Крусанов "Укус ангела")

Русский апокалипсис крусановского “Укуса ангела” появился в подходящий момент. С одной стороны, это время повсеместной милленаристской суеты 2000 года, с другой, внешний мир, кажется, кривляясь, подыгрывает или передразнивает мир фантасмагорического романа. Ведь Путин — только жалкая либеральная карикатура на всероссийского самодержца Ивана Чуму: последний предстает скорее как утрированный генерал Лебедь. Но как воодушевляет реальность: русские войска усмиряют мятежный Кавказ! Русские бомбардировщики возобновляют патрулирование неба над Арктикой! “На север, на север, на север стремительно рвется пропеллер!” — как хитроумно напевал главный алгимей вся Руси Евгений Головин...

Павел Васильевич Крусанов получил известность в 2000 г. благодаря роману с милым изуверским названием — “Укус ангела”. От романа остается ощущение неоконченности, часто вторичности по отношению к Павичу, но все же непрестанная работа мысли автора и сладостная изюминка русской запредельности перевешивают все художественные недочеты. Роман получил “Премию года” журнала “Октябрь”, был положительно оценен как в “либеральной”, так и в “патриотической” прессе. Патриотам особенно по душе пришлась утопическая (или антиутопическая) картина великой Российской империи и вообще “русская линия” “Укуса ангела”. Общая идея: “Еретик, но наш!” Если сербам позволено иметь такого певца балканской гностической экзотики, как Милорад Павич, почему бы нам не покопаться в собственных “Шестокрылах”, “Воронограях” и “Звездочетах”?

Собственно говоря, подобные опыты проводились уже не раз. Ю. Н. Стефанов в свое время с удовольствием писал малую прозу, опираясь на русскую “отреченную” культуру и восторгаясь “аграфами заволжских лесов”. Тогда оказалось, что он опередил время или моду. В разгар перестройки эксперимент по художественной эксплуатации местной русской эзотерики оказался не замечен.

Одним словом, русский апокалипсис крусановского “Укуса ангела” появляется в подходящий момент. С одной стороны, это время повсеместной милленаристской суеты 2000 года, с другой, внешний мир, кажется, кривляясь, подыгрывает или передразнивает мир фантасмагорического романа. Ведь Путин — только жалкая либеральная карикатура на всероссийского самодержца Ивана Чуму: последний предстает скорее как утрированный генерал Лебедь. Но как воодушевляет реальность: русские войска усмиряют мятежный Кавказ! Русские бомбардировщики возобновляют патрулирование неба над Арктикой! “На север, на север, на север стремительно рвется пропеллер!” — как хитроумно напевал главный алгимей вся Руси Евгений Головин.

Иллюзии. Крусанов с аггелами и бессмертниками востребован вовсе не новой “имперской эпохой”, а “новым мировым порядком” (будь он неладен) и сладостной эпохой глобализации. Повторюсь: нам уже позволено. Нам позволено вывести на сцену локального русского спектакля своего записного чародея с мешком доморощенных и соседских диковин. Диковины могут укусить, но легонько, не раня душу столичного интеллектуала. “Можете наслаждаться национальным колоритом, перверсий и у вас в истории хватало” — говорит универсальный цензор голосом молоденькой жены Сороса. И побольше действия (action)!

Допустима и претензия на национальную исключительность а la “Особенности национального конца света”. Безумный император иррациональной силой объединяет империю, чтобы так же иррационально уничтожить мир. Русский путь в интерпретации Крусанова — путь немыслимой “империи между злом и добром”, эсхатологической силы запредельного хаоса северных Гога и Магога, Роша и Мешеха. И как тягостен бывает Крусанов в своем настойчивом ожидании “Господина Хаоса”, “искаженного отражения Христа”. Гогами и Магогами, Рошем и Мешехом и воспринимал западный человек Россию в уходящем веке. Что же, вот вам “Укус ангела” и новая проза Крусанова — запоздалая дань этому представлению. Сейчас, не оглядываясь на белых братьев, нам самим уже предстоит решать вопрос: а нужна ли нам национальная дверь в ад?

Могу услышать в защиту Крусанова: “А его безупречный язык, его вкусный, ароматный глагол?” Он естественен для автора, упивающегося словом, игрой, где каждое слово влечет за собой цепочку ассоциаций, основанных на ложных и истинных этимологиях. Из игр этих в последнем сборнике замечательно эссе о Федоре Чистякове, где реальный дядя Федор превращается в живущую у автора “вещь”.

Для современной русской литературной и культурной действительности проблема политкорректности пока что не актуальна. Сам Крусанов скорее делает вид, что тяготится навязываемой политкорректностью. Он “дерзко” признается в “пристрастии к разнополой любви”, с сочувствием пишет о некоем простаке, которому стоит только “снять шляпу при имени Рублева/Вагнера/Фердинанда Арагонского, как он незамедлительно будет если и не уличен, то бдительно заподозрен в юдофобии”. Эта бравада всего лишь следующий закономерный шаг после пелевинского “Generation П” с его откровениями о необходимости по-коммерчески ярких книг антикоммерческой направленности.

Быть неполиткорректным в России вполне естественно. Константинополь будет наш, “только империя способна на жертву”, Мать Мира в любовном экстазе соединяется с Господином Хаоса... Все эти парадоксализмы истинного питерца так славно читать в полутемной последней электричке из Москвы. Думаешь: как много у него от ума, и язык — от ума, и сюжет — от ума, и герои — от ума, и ставка на иррациональный русский путь — от ума. Даже наш московский мракобес Мамлеев был куда более иррационален и последователен.

“Красавцы и чудовища”, бессмертники и пламенники Крусанова собраны им в добротных бестиариях по западному средневековому образцу. Эта классификация допустима и служит безотказным приемом: автор думает, что он сделал вид, что выразил свое “я”, а читатель доволен, думая, что раскусил автора, который делает вид, что написал триллер. Итак, больше литературного лжегностицизма! Он наведет вас на правильные размышления.


Прикреплённый файл:

 krysanov.gif, 3 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

10 октября 17:16, Jurganov:

Кто только теперь у нас не критик!!

бред.

какой Павич??? Вы о чем??

От Павича остается ощущение как от рыбы в руке. Холодное и не приятное. Хуже Набокова.

Один стиль. Он просто стилист. Ощущение бессмысленности.

Крусанов - другое В ПРИНЦИПЕ.

Так вот в свое время такие вот горе-критики говорили про "Альтист Данилов" Орлова: "Подражание "Мастеру и Маргарите"..."

Да где они там это увидели??

Проза абсолютно другая. И ,пречитав, недавно "Альтиста", думаю ,что гораздо более значимаю .чем булгаковская. (Имхо, Булгаков - это пшик русской литературы, на любовь к которму присягают друг дургу руссие интеллигенты :) )

Только абсолютно ни в чем не разбираясь, кроме внешних деталей интерьера, можно валить в одну кучу Булгакова и Орлова, Крусанова и Павича.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2020