3 апреля 2020
Правые мысли
Книги/Журналы

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Валерия Ефанова
30 июня 2006 г.
версия для печати

Игрушка на вырост. Или зачем священникам писать фэнтези

Только время покажет, какой отзвук в обществе и истории беллетристики сыграет появление фэнтези-романа "XIV принцип", "написанного священнослужителем". Да и не сбросишь со счетов, что это не рядовой выпускник семинарии

о.Иван Охлобыстин: "XIV принцип"

В деле с «XIV принципом» (М. Галерия, 2005) само содержание книги находится в сердцевине других смысловых полей, обволакивающих роман как кокон бабочку. Больше вопросов, чем ответов. Кто издал книгу? Рекламно-издательский комплекс Галерия. Издали хорошо: серый том со стилизованной под дерево гладкой обложкой приятно брать в руки, страницы белы, шрифт с засечками, не Garamond, неуловимо похож, но изящнее…

Автор. Об авторе подробно рассказано на последней странице: где родился и когда рукополагался, имена детей и названия ружей… Тот самый случай, когда информация скорее скрывает смысл, чем что-либо объясняет.

Автор – священник. Отец Иоанн Охлобыстин, «его преподобие», как сообщает послесловие. А что, разве у нас священники не пишут? Еще как пишут отцы Николай Агафонов, Ярослав Шипов, Александр Шантаев, Вячеслав Тулупов... Но, несмотря на художественные различия, все вышеперечисленные авторы схожи в одном: они описывают реальную жизнь «на приходе», материал их прозы – случаи из священнической практики, аннотация же «XIV принципа» горделиво заявляет: «Предлагаемая вниманию читателей книга является беспрецедентным фактом сочинения православным священнослужителем романа в жанре фэнтези-биотроник. Книга повествует о приключениях молодого человека в виртуальном пространстве». Что значит эта беспрецедентность? Родился ли новый прецедент? Найдутся ли подражатели?

В силу известных причин в православной среде даже подход к творчеству консервативен. Волей-неволей и читательское сознание тянется к средневековой практике изобразительных канонов, цитирования авторитетов. Индивидуальное творчество может быть только продолжением какой-либо традиции и служить определенным целям. (Правда, постмодернизм и объявленная им смерть автора попытались обесценить и трансформировать роли автора и текста, так что теперь, чтобы понять как, что и почему писали в XII-XVI веках, нужно использовать историческую редукцию, но речь сейчас не об этом). В случае с православными священниками, берущимися за перо или садящимися за клавиатуру, всё довольно прозрачно: священник выступает здесь вперед, словно выходит на литературный амвон с прикровенной проповедью. Живет ли он в Ярославле, в Москве или в Китае, он остается священнослужителем Русской Православной Церкви. И тот факт, что батюшки, исповедуя единый Символ Веры, и в таком вроде бы личном деле, как художественное творчество, остаются в рамках внутренней самоцензуры, не является тайной за семью печатями. Прибегнув к Таинству Исповеди и подойдя к Причастию в Белгороде или на Подворье Русской Православной Церкви в Белграде я пребываю в едином пространстве со всей Церковью. Как ни банально это звучит, но и в церковной лавке люди ищут того же единства мировоззрения, которое и предлагает совокупность текстов, именуемая современной православной художественной литературой.

Отец Иоанн не подписал роман псевдонимом, а вынес свое социальное и иерархическое положение на обложку. В мире, где знаки и символы имеют свою ценность и цену, такой факт не может остаться незамеченным и неоцененным.

Как уже замечено, в любом явлении, маркированном словом «православный» взгляд в первую очередь, будет отыскивать именно православность, а не художественность или развлечение. В «XIV принципе» поиски займут немалое время.

Если предшествующие литературные опусы отца Иоанна были написаны в традициях историй Ардова и «Современного патерика» Кучерской, и тяготели более к буддийским коанам, чем, например, к «Соборянам», корни нынешнего романа-головоломки надо искать скорее в «Янтарных хрониках» Р.Желязны и игрушках типа Warhammer и Heroes of Might & Magic. Примечательно, что «XIV принцип» выдвигался на премию в области фантастики, но не набрал достаточного количества голосов только потому, что имя автора мало что говорило фэндому. То есть и от своих отстал, и к чужим не пристал.

Написан же «XIV принцип» настолько увлекательно, что после прочтения слухи о кризисе жанра фэнтези кажутся несколько преувеличенными. Да, со времен Толкиена сюжет вынужден крутиться вокруг того, что некоему миру угрожает гибель, и спасти его может только избранный, герой из другого мира, не подозревающий о своем предназначении, пока в дверь его не постучится гном или волшебник… Виртуальность мало что меняет, тем более, что по проторенной С.Лукьяненко в «Лабиринте отражений» дорожке только что ленивый не хаживал. Но всё это – как четырнадцать принципов игры, изменить которые можно лишь добравшись до её конца.

Успех любого фэнтези-романа коренится в проработанности мира и персонажей игры. Чем больше рас и народностей, чем запутаннее родственные связи, тем ярче и драматичнее разворачивается действие. Мир Нибиру выписан Охлобыстиным блестяще. Все свадьбы будут сыграны, драконы приручены, а зло наказано. Несмотря на ироническое эстетствование и бессмертное самолюбование героя, главным принципом книги можно назвать её всё проникающую семейственность: от утопического общества скейвенов до апорийной логики Радиры Повелительницы невест.

Претензии к «XIV принципу» можно предъявить такие же, как и ко всему жанру в целом: зачем населять мир драконами и эльфами, почему на стороне главного героя сражаются вампиры и мертвые… Где, в конце концов, искомая проповедь Православия? Чтобы ответить на это вопрос, необходимо четырнадцатого числа в три часа оказаться на бетонной платформе сто сорокового километра. «То, что позволительно на Нибиру, запрещено здесь, поскольку Создатель здешнего мира имеет совершенно другие виды на человека».

Чтобы перечислить другие достоинства книги, пришлось бы пуститься в пересказ целых страниц, поэтому ограничусь только констатацией: прецедент создан. Будем следить за развитием ситуации. «XIV принцип» великолепное произведение в рамках своего жанра. Другой вопрос – способно ли оно преодолеть эти границы и стать тем, ради чего, собственно и стоило автору выносить на обложку свой сан. Иначе вся суть дела сведется лишь к констатации, что священники могут не только председателями колхозов быть, но и фэнтези писать… Пока в этом праве никто никому не отказывал.

Несмотря на филигранной работы диалоги, главная функция книги всё-таки развлекательная. И только время покажет, какой отзвук в обществе и истории беллетристики сыграет появление фэнтези-романа, «написанного священнослужителем». Да и не сбросишь со счетов, что это не рядовой выпускник семинарии, пусть и очень талантливый, а человек своей истории. Кто перевесит: Иван Охлобыстин или отец Иоанн?


Прикреплённый файл:

 Иван Охлобыстин: "XIV принцип", 5 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

19 июля 16:47, Посетитель сайта:

о книге

От "отца" там только концовка - маленькая часовенка где-то в Греции, лампадки, надгробные плиты... В целом вещь хоть и сыровата, но читабельна. Никакой особой проповеди там разумеется нет - однако есть какая-то обволакивающая куртуазная нравственность, которая проникает в подсознание читателя и выправляет возможные провалы и недочеты. Сложилось впечателние что Иоанн написал 90% книги задолго до принятия сана, а потом вдруг понадобились деньги и решил добить романчик. В общем читать можно, но только с любовью к автору.



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2020