19 июня 2019
Слева направо
Слева

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















ПРАВАЯ.RU
5 марта 2004 г.
версия для печати

Грани электората

Из появившихся в последнее время публикаций можно выделить одну программную статью и два интервью, дающих некоторые представления о так называемом электорате. Три электоральных группы представили, осознанно или нет, отставной политик Борис Немцов, видный поэт андеграунда Дмитрий Александрович Пригов и правый тележурналист Михаил Леонтьев.

Из появившихся в последнее время публикаций можно выделить одну программную статью и два интервью, дающих некоторые представления о так называемом электорате. Три электоральных группы представили, осознанно или нет, отставной политик Борис Немцов, видный поэт андеграунда Дмитрий Александрович Пригов и правый тележурналист Михаил Леонтьев.

Немцов раскрывает свои религиозные убеждения, и мы лишний раз убеждаемся, что ничего русского они в себе не содержат. Таким политикам надо запретить вообще произносить слово «Россия», а тем паче – лишить их возможности что-либо делать в нашей стране, поскольку они, действительно, ничего общего с Россией не имеют. Прислушаемся к словам этого представителя якобы «правых» сил, сказанным в интервью одному протестантскому сайту:

РЕЛИГИОЗНОЕ ОТКРОВЕНИЕ БОРИСА НЕМЦОВА: "МЫ — ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОТЕСТАНТЫ!"

- Я очень хорошо отношусь к протестантам, -[признался Борис  Немцов. Кто бы сомневался!] — Моя сестра в Нижнем Новгороде — адвентистка, руководит христианским центром… [Внимание! Религиозное откровение Б. Н. №1!] Если честно: не говорите о Господе всуе. Вера — это интимная вещь, об этом нельзя говорить громко. Я считаю Иисуса самым выдающимся человеком истории, и судя по Библии, самым знаменитым и самым гуманистическим человеком. Иисус, кстати, был и остается самым популярным человеком в истории. [Курсив везде Правой.ру] Когда Джон Леннон покусился на это и сказал: "я более знаменит, чем Иисус Христос", — это были роковые слова. Его убили за них протестантские фанатики, убили за то, что он посмел произнести это.

- Так протестанты — это плохо? Или хорошо? – [(!) забеспокоился корреспондент протестатского ресурса. Как же: обещано было пропротестантское выступление, а тут – «фанатики». Нехорошо!]

-          Нет, - успокаивает Борис Немцов, — но фанатизм — это всегда плохо. Фанатизм в любой форме — зло. А протестанты — это трудолюбивые люди, я вижу это по своей сестре. Они ведут здоровый образ жизни, правильно воспитывают детей, чтут закон. Они выполняют любую букву закона. Кстати, и протестантские страны живут лучше, чем другие.

- Так может быть, нам стать протестантской страной? – мечтательно вопросил корреспондент. Кому это «нам», хотелось бы знать? Эти маргиналы хотят говорить «мы» от лица всех русских? Даже Немец посмотрел на это более реалистично, однако, не скрыл сожаления:

-          Нам нельзя навязывать это. Миссионерская деятельность — это не всегда хорошо, и не всегда дает плод. Американцы в Ираке захотели дать свободу иракцам, а оказывается, она им особо не нужна. Поэтому надо быть осторожным. Другое дело, что протестантская мораль — это уважение к труду, к закону, к семье, к людям, то, чего нам не хватает. Протестантская деловая этика гораздо более эффективна для государства, чем мусульманская или даже православная. Я считаю, что чем больше таких базовых принципов протестантизма будет на российской земле, тем лучше мы будем жить.

Ага! Проповедовать протестантизм в России надо с осторожностью, а то по шапке дать могут. Но продвигать протестантские принципы тихой сапой – можно и нужно. Но здесь какая-то неувязка. И уже протестантский корреспондент вдруг проявляет реализм:

-          А воспримет ли российская земля эти базовые принципы?

-          Боюсь, что не воспримет, - вздыхает Борис Ефимович. — Поэтому мы с вами до сих пор в нищете и барахтаемся [Ну, «мы с вами»: я, Хакамада, Гайдар, Чубайс, мы – нищие. Разве не заметно?]. Протестантская этика, мораль, уважение к закону и трудолюбие, отсутствие тяги к алкоголизму, к обману — этого нам не хватает. Знаете, чем протестанты отличаются от православных всерьез? [Внимание: начинается религиозное откровение №2!] Дело в том, что между православным и Богом есть посредник. Между протестантом и Богом посредника нет. И он все время знает, что никто ему грехи не отпустит. А православный думает: "Сейчас я нагрешу, набедокурю, потом приду к батюшке: "Батюшка дорогой, ой, согрешил, ой, каюсь, батюшка, прости меня. Вот тебе на храм 50 рублей, попадье 100 рублей, только прости меня". А протестант отвечает напрямую перед Богом. Поэтому протестанты и чтут законы сильнее, чем православные.

Представил себе, как Борис Немцов напрямую, «без посредников», отвечает перед Богом. Ужас! Бедолага даже не подозревает, как всё серьезно. Он, видно, думает, что предстояние Богу – это что-то вроде сделки «без посредников». То есть дело выгодное, по определению. Ну да – ни 50, ни 100 рублей платить не надо. А головой отвечать – ну так её ведь и так нет. Или, как поправил меня один товарищ, Немцов уверен, что «с хорошим человеком всегда можно договориться». Ведь Бог – для него «самый популярный человек в истории», и «самый гуманистический» человек, он сам признался. А с самым популярным и гуманистическим – завсегда поладить можно. И потом, эти 50-100 рублей… ну, побольше, ведь «посредников» нет — можно же и напрямую «популярному человеку» передать. Он возьмет – и простит…

-          Так вы знаете, что протестанты — это и есть ваш электорат.

-          Знаю, так и есть. Все протестанты за нас голосуют. А мы сами — тоже политические протестанты.

Вот и ладушки! «ИХ» протестантского электората не набралось в декабре и 5%. Так что – умерьте свой пыл, господа «евангелические» миссионеры.

- Военно-христианский союз России -

По поводу этого интервью вспомнился недавно погибший другой Борис – Трайковский, президент Македонии, перешедший из православия в протестантизм, который получил пасторский сан в Америке и с благословения которого НАТО бомбило Югославию весной 1999. Вот такого бы президента наследником Путина! Впрочем, планировавшийся ещё на смену Ельцину, первый, кого назвали словом ПРЕЕМНИК, известный теперь как Judas Priest, Борис Немцов на эту роль не сгодился. Все-таки Россия – не Македония. Пока ещё.

То, что Россия – не Македония, сиречь «не Мексика и не Чехия» — хорошо понимает Михаил Леонтьев, выступивший с программной пропутинской статьей "Союз меча и орала". Если Немцов представляет электорат Хакамады, то Леонтьев – самый большой и загадочный электорат президента. Эти пресловутые 40-80% (число выберите сами).

Схема Леонтьева – показать плюсы первого правления: доказать, что оно «могло быть только таким, каким оно было». И убедить читателя в том, что второй срок будет другим, но именно таким, каким теперь нужно:

Итак, Путин принял страну в состоянии падения, катастрофы, к которой ее подтолкнуло правление олигархического режима и Ельцина. При этом он отделяет Ельцина от «элиты»:

Тот же Ельцин был адекватнее нашей гуманитарной элиты, во всяком случае в видении ситуации. Объективная его роль — "председатель падения в пропасть". Пока страна не осознала катастрофы, пока она ожидала гуманитарно-рыночных чудес, пока она не ударилась о дно пропасти, ни о чем, ни о какой реальной, позитивной программе невозможно было и мечтать.

Нужно было, считает Леонтьев, до конца упасть в пропасть, почувствовать дно, чтобы тогда… Чувствуется Достоевский. В отличие от Немцова, Леонтьеву не откажешь в русской логике видения происходящего.

Да, "Первый срок", пишет М.Л., — это всего лишь создание элементарных предпосылок для реализации собственно путинской задачи — программы восстановления и модернизации России. Это и есть российская политика. К началу срока ни таких предпосылок, ни такой политики не было… Что мы имели на входе? Разрушенные государственные институты. Все до единого, поскольку единственный сохранившийся легитимный властный институт — институт президентства и тот в значительной степени деградировал… Первый срок по сути — это медленная, очень осторожная и постепенная реанимация Российского государства. Начиная с тех базовых элементов, без которых дальнейшее движение невозможно. И первое, как бы это кое-кого ни коробило, восстановление управляемости силовых структур и репрессивного аппарата…

Далее, это реанимация жизненно важных интересов, в первую очередь в ближайшем околороссийском пространстве. Россия не самодостаточна как суверенная страна без ближайшего зарубежья "постсоветского пространства". Даже экономически. Тем более уязвима политически. То есть речь идет о восстановлении Российского государства как субъекта внешней мировой политики, удержании суверенитета. Здесь надо иметь в виду, что реальным суверенитетом обладает в современном мире очень малое количество государств. Остальные либо не имеют шансов на суверенитет, либо делегируют его более или менее добровольно "старшему брату". Реальным суверенитетом, если исключить международных отморозков, обладают наряду с Соединенными Штатами Китай, Индия, Россия. Не являются по сути суверенными ни Германия, ни Великобритания, ни Япония. Что касается России, то для нее сохранение субъектности — это вопрос не только цивилизации и культуры, это вопрос выживания. Россия не Мексика и не Чехия. Она не может существовать как кусок некоего интегрированного проекта. Если Россия утрачивает суверенитет, то она будет порвана экономически, политически и физически между новыми и старыми мировыми игроками, конкурирующими на ее пространстве. Представление о возможности для России тихого и комфортного существования среди таких же "нормальных" развивающихся либеральных сателлитов под покровительством великих демократических держав — это либо глупость, либо спецпропаганда. Четыре года с исторической точки зрения — это меньше чем мгновение, и ломать не строить. То, что сделано за этот период, разочаровывающе мало — гораздо меньше, чем хотелось бы, но мы не сделали ни одной существенной ошибки, ничего не проиграли и ни с кем не поссорились. Все, что делается для восстановления страны, приходится делать фактически подпольно, однако уже сейчас достигнут тот уровень реанимации, когда некоторые вещи можно легализовать. Но именно это вызывает панику и злобу нашей катастрофной элиты, которая выросла на теле больной, полуразрушенной и презираемой ею страны, питаясь и торгуя ее останками. Какая еще тут реанимация! Доктор (из Вашингтона) сказал — в морг, значит, в морг.

Вот самая сильная «отмазка» Путина.: да, сделано «разочаровывающе мало», но… Сказана правда: НАСЕЛЕНИЕ ПУТИНЫМ РАЗОЧАРОВАНО. ОДНАКО (используем любимое автором словечко), где же гарантия, что следующие 4 года нас не разочаруют?!

Далее идут две «антиутопии» — два сценария «России без Путина» – один вполне убедительный, другой совсем нет. Видно, где автор поет от души, а где «наступает на

Первый вариант, "либеральный". Вариант, так сказать, застенчивых антипутинистов. Это вроде как возвращение назад. Забыть Путина как страшный сон, как будто его и не было (если кто помнит, "чтобы все было как при бабушке"). На первый взгляд кажется, что мы это уже видели. Россия позднего Ельцина. Олигархи, которые открывали ногами двери в Кремле... То есть реставрация цветущей олигархии, совершенно неожиданно для себя упустившей власть… это просто путь к расчленению России, — делает совершенно правильный вывод М. Л..

Если говорить не об абстрактных утопиях, а о реально возможных действиях оппозиции, то единственным инструментом раскачивания путинского большинства является дестабилизация экономическая и политическая. Среди всех возможных факторов внешних и внутренних единственно быстродействующим инструментом является Чечня. Чечня как фактор дестабилизации российской власти, никакого отношения не имеющий ни к проблеме чеченского сепаратизма, ни к исламу, ни вообще к чеченцам, а исключительно к борьбе за власть над Россией. Все это придает борьбе "демократической" оппозиции "За Россию без Путина" особый кровавый и варварский аромат, который мы имеем возможность ощущать уже сейчас.

По сегодняшним соцопросам в случае отсутствия кандидатуры Путина, "против всех" готовы голосовать 51 процент избирателей. Не надо обладать фантазией, чтобы представить, что против олигархата готовы голосовать 95% — резонно замечает Леонтьев. Однако, мил человек, если бы без Путина, но с Глазьевым, которого бы СМИ не мочили, а раскручивали – какие бы тогда были проценты? А?Второй вариант, "левый". На первый взгляд он еще более утопичен, чем либеральный. Идеальный смысл его — власть меняется радикально в ортодоксальном национал-коммунистическом варианте и реализует тот комплекс претензий к Путину, с которым периодически выступает народно-патриотическая оппозиция. "Либерализм в экономике", сдача позиций Америке, интеграция с Западом и вообще распродажа Родины…О чем можно говорить определенно: при любом существенном отходе от путинской политики балансирования "на лезвии бритвы" с нашими зарубежными, прежде всего американскими, партнерами [это, видимо, оговорка? Назвать американцев «партнерами» от своего лица может только заказной и окончательно толерантный редактор] все надежды на сохранение реального суверенитета России рухнут. Возможности для крайне ослабленной пока страны проводить самостоятельную политику в собственных интересах будут подорваны. Если в первом случае мы говорим о козыревщине, во втором случае это будет даже не Примаков. Это жириновщина. Страна маргинализуется, а это приведет к скатыванию отношений с окружающим миром, несовместимым с ее выживанием. Одновременно то же самое — внутри страны. Если можно представить победу такой партии, то это в первую очередь партия мести. Месть должна быть быстрой и масштабной. Это тот случай, когда у национал-популистов есть шанс получить некую легитимность и массовую поддержку. По сути это конечно не коммунизм, это фашизм в той или иной форме. При слабо управляемых агонизирующих силовых структурах, которые переходят к индивидуальной мести и индивидуальному террору. При этом надо иметь в виду, что, в отличие от коммунизма, фашизм (как и криминал) никогда не выступал против частной собственности. Он всегда выступает против ее неприкосновенности. В отличие от известных нам фашистских моделей, в этой системе будет безумно высока роль криминала. Будет просто вакханалия террора.

Позвольте, Михаил. Но ведь до «дна-то», мы кажется уже дошли? Ведь вакханалия террора – это еще более «дно», по вашему. Тогда, по логике «нужно падать до конца», террор необходим-с. Только это очистит от фальши-с. Вот после «вакханалии террора» — можно уже говорить о возрождении подлинной России, о «цивилизованном реванше»-с.Цивилизованный реванш

В России существует огромный спрос на возрождение страны, ее роли, мощи, чувства национального достоинства. Это спрос на реванш. Это отмечают все социологи, несмотря на различия в оценках. Путин как политический феномен родился из этого самого ощущения национального унижения и спроса на реванш. Смысл нынешнего курса, смысл второго срока — удовлетворить этот спрос на реванш в цивилизованной, некатастрофической форме. Это реанимация и модернизация страны в условиях нормальных, цивилизованных, тактически и стратегически адекватных отношений с окружающим миром, в первую очередь с мировыми центрами силы. Независимо от того, нравится им российское возрождение или нет. За конъюнктурной демагогией о национал-социалистической угрозе сегодня стоит непонимание того, что если спрос на реванш не будет удовлетворен цивилизованным путем, если мы упустим этот шанс, то попытка реванша будет безусловно произведена, спрос будет удовлетворен, но путем нецивилизованным и катастрофическим. То есть так называемый второй вариант возможен не столько как результат какой-то политической игры, а если, грубо говоря, "у нас не получится", то есть как срыв путинской модернизации. Или он может оказаться следующей, не более скоротечной фазой национальной катастрофы после попытки первого варианта. Проще говоря, олигархическая реставрация, за ней криминально-фашистская реакция, за ней развал и раздробление и исчезновение России. Это полный спектр конкретных вариантов реализации лозунга "Россия без Путина".

Далее Леонтьев направляет удар на «объединенную оппозицию».Леонтьева комментирует pioneer из ЖЖ:

Леонтьев смелыми мазками рисует державный курс второго Президентского срока Путина. И что характерно, внутренняя политика обсуждается лишь в контексте одоления внешнего супостата. Анализу подвергается антипутинская оппозиция.Первый возможный вариант «России без Путина» — «либеральный». Наших либералов Леонтьев хорошо знает, любит и излагает их казнокрадско-олигархические устремления вполне точно.Второй отряд антипутинцев по Леонтьеву – «национал-коммунсты». Здесь у Леонтьева компот советских коммунистов и русских националистов. Нелепая пропагандистская побасенка, которую обсуждать всерьез стыдно.Это поразительно, до какой степени советский интеллигент не знает и знать не хочет русских, пренебрегает их мнением. Русские для Интеллигентов – полумифическое племя снежных человеков, обитающее невесть где. И лишь иногда совершающие набеги на мирных граждан под видом скинхедов…До меня регулярно докапываются Просвещенные товарищи на предмет, каковы признаки русского? Им этот вопрос кажется остроумным способом опровержения противного русского национализма. Эти люди живут в России, где более 80% граждан во время недавней переписи назвали себя русскими, и не знают, кто такие русские и как их опознать. Я уж теперь отвечаю просто, что если вы не знаете, как определить русского, то Вам этого и не надо знать. А у нас, русских, таких проблем нет, мы друг друга узнаем.

Дмитрий Александрович Пригов, покинув башню из слоновой кости, говорит об актуальной политике, или об «особенности выживания интеллектуала в зимний период». В период думской предвыборной кампании он представлял (в частности, на НТВ) электорат голосующих «против всех». Политики по своей прагматичной привычке пытались убедить его в абсурдности такой позиции, но большинству из них это не помогло, — отмечают корреспонденты.

Пригов утверждает, что из всех политиков на понятном народу языке говорит только Жириновский, язык же так называемых «правых» вызывает отторжение:

Язык, заимствованный «правыми», – это язык привозной, западный, не имеющий почвы. Он оперирует нормативным понятием политики, хотя политики в их смысле здесь нет. Он оперирует понятием экономики, которое чуждо 90% населения. Он говорит о неких социологических исследованиях, смысл которых вообще невнятен: зачем их проводить и почему.

Понятный в России язык – это язык патерналистской власти: «детушки мои, сестры и братья», либо «сволочи и гады, урою». А это и есть Жириновский. Это власть, апеллирующая либо к асоциальному элементу, либо к конформистскому элементу, принимающему патернализм [что это за «конформистский» элемент и почему он конформистский?].

Путинский язык понятен. Он может быть непонятен в каких-то конкретных деталях, но интонация понятна. Понятно, что у него, скажем, 20 министров, которым он все объяснит, те пойдут к сорока администраторам, которые разошлют приказания тысячам управдомов, которые придут в наш дом, испортят или починят унитаз. Это уже не важно, испортят или починят, — они дойдут.

А «правые» оказались чужеродцами, они пришли с чужим языком, они непоняты и не хотят быть поняты. К тому же, им кажется, что они вообще здесь самые лучшие.

«Правые» предложили в качестве муфты резкую приватизацию, а оказалось, что она не работает: в обществе, где 50% близки к положению деклассированных элементов, не может быть политики по западным образцам. По западным стандартам живет меньше четверти общества, и даже если они все явятся на выборы – ничего не изменят. А если таких будет больше 25%, они станут существенным элементом, влияющим и на выборы и на настроения общества.

Мне думается, что у половины населения асоциальный тип мышления. Собственно говоря, если взять тех, кто за Жириновского, «Родину», часть коммунистов – я думаю, это и будут люди с асоциальным поведением: мол, Жириновскй подрался в прямом эфире – за него и буду голосовать. Вот что нравится: тип, демонстрирующий асоциальное, артистичное поведение. Это ассоциируется с проявлением личности, некий артистический разбойник – это привлекает.

В социальным плане Пригов выступает за сословное общество:

По-моему, единственный способ устройства общества в России – сословное. Надо, чтобы было сословие выбиральщиков, которым можно было бы объяснить, что такое, скажем, инвестиция. Должно быть дворянское сословие, с которым можно было бы поговорить о высоком, не обращая внимание на то, что остальные 90% этого не понимают. Должно быть сословие ремесленников, которым можно было бы адресовать законы о том, что можно мастерить, а чего нельзя. Пока демократическое общество с его вертикалями и институциями не образовалось, единственное, что может удерживать общество, – это горизонтальные сословные структуры, где каждое сословие говорит на понятном ему языке. «Правые» и либералы не укоренились нигде, их можно спокойно срезать, без видимого вреда для общества.

Однако:

Более реальное – это градация политических прав по доходам.

Сейчас мир еще не поделен и не структурирован, мир ускользает из понимания. Единственный способ его быстро понять – наложить на него свою матрицу, как всегда и поступали империи….

Но «по доходам» — это, извините за социологическое школярство, уже не сословия, это – страты. Страты и теперь существуют. И градация эта теперь существует. Однако, это не снимает остроты социальных вопросов, а скорее наоборот. Пригов и определяет свою сословную принадлежность как мещанскую. Мол, все художники традиционно были мещанами. Художники-живописцы – да, поскольку это было ремесло. Но художники слова в России традиционно были аристократами. А потом, как писал в своем дневнике Блок, «пришел вонючий разночинец и все изгадил».

Есть три основных условия выживания интеллектуала как независимой личности. Первое – это конвертируемая валюта, второе – это свободный выезд, третье – это несажание за слово. Должны соблюдаться все три базовые условия. А дальше уже зависит от степени суровости условий, насколько он может реализовываться: печататься, преподавать.

У нас сейчас имеется авторитарный режим. В чем его специфика в отличие от тоталитарного? Тоталитарный режим – очень «человечный», ему нужен каждый конкретный человек. А авторитарный режим – он манипулятивный. В России, например, если у тебя доход меньше миллиона в год, то ты власть не интересуешь – иди разбирайся с местными, с бандитами. Если СМИ покрывает меньше 10 тысяч человек, то они тоже власть не интересуют. И по сему можно вычленить зоны выживания: для бизнеса – это доход меньше миллиона, для СМИ – это публикации, покрывающие, условно говоря, менее 3 тысяч человек. Это и есть зона выживания части свободных людей и интеллектуалов.

Если опять появится идея небесного государства, а она появляется периодически, тогда появляются медиаторы и символы. Российская элита, включая Путина, очень развращена политологами, идеей, что есть какой-то электорат, есть жизнь, к которой надо приноравливаться. Но может появиться и идея о том, что есть истина, а все эти подлецы ее не понимают.

Трудно сказать, до чего это дойдет. Зима — она может быть суровая и длительная, а может и слякоть, что не поймешь, зима это или осень. Можно ли вообразить, что, скажем, Касьянову придет в голову идея небесного государства? Нет, конечно, только наследникам высокой традиции Гегеля может прийти такая идея через Маркса и немножко из русского мессианства.

Дмитрий Александрович не хочет, чтобы возрождалась идея Небесного Государства, поскольку боится за свою свободу. Он, кажется, симпатизирует «демократической» Европе. Однако, ситуация, которую он описывает — в которой художник реально «покрывает» менее 3000 человек – это и есть перенос в Россию европейской ситуации.

Когда в России все же проявится Небесное Государство, у художников снова будут миллионные аудитории. И если Д. А. это не понравится – что ж, не надо лишать его возможности «свободного выезда».





Оставить свой отзыв о прочитанном


Предыдущие отзывы посетителей сайта:

14 августа 19:50, Посетитель сайта:

вы такие бараны ужас просто...почитайте сами че вы печатаете сравните с конституцей где сказано о свободе совести и что протестантизм ему тоже есть место на российской земле.Уроды вы маральные ужас просто



Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019