22 августа 2019
Правый взгляд

"Гордость России"













Новости сайта

Получайте свежие материалы сайта себе на почту





















Павел Зарифуллин, Центр Льва Гумилёва
17 февраля 2013 г.
версия для печати

Молебен на пришествие

Сегодня, во время Литургии, в момент чтения Евангелия, алтарь озарила яркая вспышка света. Затем раздался взрыв. Мне пришлось выйти на амвон и успокоить прихожан. В первую минуту я решил, что это подрыв. Оставив второго священника у престола, я вышел на улицу и увидел в небе огромный инверсионный след, пролетевшего небесного тела. Люди стоявшие тут же говорили, что видели комету и чувствовали жар от нее. В храме выбило два окна, из прихожан никто не пострадал. Я вернулся в алтарь к Херувимской песне и мы продолжили богослужение. Только после службы я узнал, что это было падение метеорита. Сейчас собираем информацию по выбитым окнам в храмах. Паники в городе нет, но беспокойство ощущается. Упал метеорит в черте города, пострадали окна, крыши и балконы. На цинковом заводе рухнула стена. Вот так посетил нас Господь в день Своего Сретенья!

О. Игорь Шестаков

Идея Церкви Востока состоит в обращении к Тайному Центру. Она предлагала "сетевые" принципы существования Церкви: вместо церковной пирамиды – сеть полуавтономных общин, самоорганизация, опора на паству. И на короткий промежуток времени заговор искателей Подлинного Центра, молитвенников за нисхождения метеорита удался...

Падение метеорита в Челябинске пробудило у нашего населения дикий интерес к вторжению на Землю небесных тел. Есть в этом что-то страшное, чужое, одновременно чарующее, притягивающее.

Но я поведаю вам иную историю. Про то, как метеорит можно вызвать молитвами и заклинаниями. Как он приносится из Ниоткуда, Метеорит-Ярче-Солнца и сжигает и схлопывает нашу трёхмерную реальность.

В центре Евразии существует праща, ядерная шахта, сопоставимая с метеоритной пушкой. Время от времени она запускает цивилизации подарочки.

И горят Ганг, Хуанхэ, Евфрат и Сена синим пламенем. Как от падения Небесного Огня.

Эта тайная штольня, рождающая народы-метеориты, и есть реальный Полюс мира.

На его поиски однажды отправились...

Скифский логоцентризм и битва за Полюс

Философская проблема логоцентризма, поставленная в 20-х гг. прошлого века Людвигом Клагесом — тема бесконечного обсуждения в философии структуралистов.

Но в поиске Великой Скифии и Царства Пресвитера Иоанна метод логоцентризма должен нам помочь, стать «тайным компасом» в ответе на вопрос о действительном направлении Движения Новые Скифы.

Наше изучение логоцентризма не касается иерархии и первичности устного текста перед письменным. Здесь дело в отношении к Центру как явлению. Центру — как к особому «полярному топосу», «точке сборки» всего. Западная эллино-римская, а впоследствии европейская цивилизация предложила Человечеству фактически два ответа на проблему Центра.

Они озвучили дуальный код: Центр либо есть, либо его нет. Католики, да и православные пытаются жить центростремительно. Мол, есть один Центр в этом подлунном мире: Римский Папа или православный василевс, Рим или Константинополь или Москва. И всё. Это – Солнце-град – вокруг него вращаются все остальные. Они уравниваются перед ликом Центра. Это имеет прямое отношение и к экономике – в таких условиях все заработанные в социуме излишки проедаются государством, церковью и обществом. Сжигаются на алтаре Города Солнца. Это экстенсивное хозяйство.

Во времена Реформации европейские протестанты сказали такому порядку «нет», они фактически утверждали, что Центра вообще нет. Да и быть не должно. Они «отвязались» от Центра, сформировали «протестантскую этику», отменили запрет на ростовщичество и, к настоящему моменту, купили планету Земля. Идея центробежности почти победила идею центростремительности.

На диалектике двух типов отношения к логоцентризму строится вся история человечества за последние 500 лет.

Полюс — Там

Однако, есть и третий принцип, напрямую касающийся поиска Царства пресвитера Иоанна , да и нашей страны, потому что идея эта — очень русская: «Если Центра нет, то не значит, что Центра нет вообще. Он может быть где-то ещё». Вполне себе русский ответ и русский синтез логоцентрического тезиса и антитезиса. Если Солнце померкло в мире дольнем — поищем его в мире горнем!

Третий принцип логоцентризма (отношения к священному Центру) сформировали сирийские несториане, византийские диссиденты, вышвырнутые из Империи в VI – VII веках. По догматике они не сильно отличались от ортодоксальной церкви, в основном несколько поспорили о сущности Божьей матери. Иногда патриарх Несторий называл её в своих трудах Христородицей, но иногда и Богородицей. Религиозный аспект проблемы мы разбирать не будем, нас интересует структуралистское уравнение, повторившееся на Руси тысячелетие спустя во времена Раскола 1666 года.

Дело действительно было, конечно же, в отношении Центра и Периферии. Несториане (хотя правильнее их величать, как они называли и называют себя сами – Церковь Востока) предлагали несколько иные принципы существования Церкви, нежели православные и католики: вместо церковной пирамиды – сеть полуавтономных общин, вместо жёсткой дисциплины – самоорганизация, вместо отеческого чинопочитания – опора на паству и взаимовыручка. Сейчас эти принципы организации мы бы назвали «сетевыми».

Полюс «центростремительности» христиан — католический Римский Папа — хозяин вселенской церкви, единственный представитель Бога на Земле. Образец христианской «центробрежности» — Церковь Востока в Средневековье. Несториане (как и впоследствии русские староверы) разбрелись с христианской проповедью чуть ли не по всей планете ещё в V веке. Посредине — союз «сестринских» православных церквей, где константинопольский патриарх — «первый среди равных». Но каждый патриарх на своей канонической территории — безусловный «папа». Православие попыталось соединить в себе обе тенденции.

Несторианский Логос видел проблему Центра следующим образом. Если патриарх и василевс – еретики, то это не значит, что Центра на планете вообще нет никакого. Он есть – только его нужно найти. Разыскать истинный Центр и его Тайного (настоящего) Царя. Как сказал бы по этому поводу поэт Борис Слуцкий: «Того, Иного, Другого...»

Того, что живёт Там – туда, куда однажды ушёл без возврата апостол Фома.

В Страну «Там» – бежали странники, монахи и отшельники Церкви Востока.

Любимцы Пустыни

Эти несложные этические правила привели к тому, что через несколько столетий после изгнания несториан из Византии Церковь Востока, находясь во враждебном мусульманском, буддистском и языческом окружении (несторианский патриарх просто был вынужден жить в Багдаде – столице мусульманского халифата — практически, как заложник политики халифа) оказалась самой многочисленной христианской церковью Средневековья. Они учредили епископства от Армении до Японии. Подвижники крестили сотни тюркских, арийских и монгольских кочевых племён. В Средней Азии возникли десятки согдийских и уйгурских княжеств и городов, принявших Христа и чеканивших монеты с несторианскими крестами. Их церкви и часовни высились от Ангары до Индокитая. Такой успех столь малыми силами воистину удивителен и мало кем до сих пор по достоинству оценён. Несторианство произвело в Азии идеологический ядерный взрыв.

Идея Церкви Востока состоит в призыве, в обращении от интеллигенции «прогнившей цивилизации» к Тайному Центру по-ту-сторону римских, персидских или китайских рубежей. Этот призыв конечно же не нов. Бегство и эскапистская эмиграция деятелей культуры в сторону варварской окраины не раз случались в истории. Не несториане всё это придумали.

В Афинах перед приходом Александра Македонского существовала целая партия во главе с оратором Эсхином, считавшая, что только македонская солдатня позволит спасти великий город от разложения, а эллинскую мысль от деградации. Они сравнивали Македонского с «гюле» — принципом Изначального, хранящего в себе природную первозданную Силу. Во многом «коллаборанты» оказались правы. Именно северные варвары Александра позволили эллинизму расшириться до предела Ойкумены.

Спустя столетие в оккупированном Селевкидами Иране интеллигенты-зороастрийцы ждали, как избавителей язычников-парфян. Всадников Турана, набранных в Скифской Пустыне лихим царём Аршаком. А ведь кочевников-звёздопоклонников пророк Заратустра называл исчадием Тьмы. А его идейные последователи-огнепоклонники встречали прискакавших с Севера парфянских рыцарей-катафрактов, как освободителей — вином и цветами!

А спустя пару тысячелетий «скифы» Валерий Брюсов и Александр Блок мечтали о приходе в Петербург диких скифов и гуннов. Неиспорченные пороками цивилизации, варвары должны были восстановить в России подлинность и тепло человеческих отношений, простоту нравов, свободу духа.

Где вы, грядущие гунны,

Что тучей нависли над миром!

Слышу ваш топот чугунный

По еще не открытым Памирам.

На нас ордой опьянелой

Рухните с темных становий -

Оживить одряхлевшее тело

Волной пылающей крови.

Поставьте, невольники воли,

Шалаши у дворцов, как бывало,

Всколосите веселое поле

На месте тронного зала.

Сложите книги кострами,

Пляшите в их радостном свете,

Творите мерзость во храме,-

Вы во всем неповинны, как дети!

Несторианство и Царство

О духовном «треке» несториан в Скифскую Пустыню написано немало европейскими и российскими авторами. А наиболее рациональный структурный анализ опубликовал в 1972 году Лев Гумилёв — знаменитые «Поиски вымышленного царства».

Суть сих изысканий простая. В XII веке хан кара-киданей Елюй Даши во главе войска язычников и несториан разгромил в Семиречье (сильнейшую на тот момент в мире) мусульманскую армию тюрок-сельджуков. Крестоносцы Палестины, изнывающие от поражений, восприняли появление на Востоке нового геополитического игрока, чуть ли не как возвращение апостола Фомы. Хотя сам Елюй скорее всего христианином не был, но в его окружении и среди его подданных несториан с язычниками имелось примерно поровну.

Тогда и загулял по Европе и Византии (а также по Руси, как на тот момент окраине Европы и Византии) миф о Пресвитере Иоанне, о благородном короле, который однажды придёт с Восхода, освободит от мусульман Багдад и Иерусалим.

Папа и император Священной римской империи германской нации отправили к Пресвитеру свои посольства, византийский василевс лучших шпионов. Посольства не вернулись, разведчики Пресвитера не нашли. Но делу мифа это повредить уже не могло никак. К тому же он кристаллизовывался на глазах. В монгольской степи вскоре произошла настоящая степная революция, в ходе неё из разрозненных тэнгрианских и несторианских племён возникла невиданная прежде Орда.

Конорчек

Царство Пресвитера Иоанна возникло на территории современной Киргизии, населённой арийскими и тюркскими племенами (предки киргизов тогда жили на Енисее).

Там находились крупнейшие христианские города Средней Азии — Тараскент (город христиан) — на месте современного Бишкека,. Баласагун с удивительны красивыми церквями и Навакет на Иссы-Куле — стольный град местного епископа.

Новые Скифы отправились разыскивать последние стоянки несториан — в долину Конорчек, где во время Оно христиане Согдианы прятались от убийц Тамерлана.

В долину Конорчек можно пройти лишь по сложной спирали, закручивающегося словно змея, заваленного снегом ущелья.

Кланяясь чёрным деревьям и камням, втискиваешься в горные проходы, построенные водой и ветром по архитектурным канонам узких средневековых городов. Ржавые валуны и ледяные тротуары — весёлая дорога в Царствие Небесное.

Но мы пробрались в типичный американский каньон, наполненный неруктворными храмами. Мерещилась Петра. И бесконечный дворец бога Шивы.

Там живут только духи в штанах из тысячи оттенков африканского танзанита.

Красная долина леденела душу американской запредельностью. Воображение рисовало сцены из вестерна, из «Золота Маккены». Восточная и Западная Индия поменялись местами. Фильмы про индейцев проступали сквозь ромбовидные миражи аметиста и чароита.

А над теремами Вымышленного Царства высились статуи каменных зверей и багатуров.

И непобедимо висел над миром несторианский крест из звёздной яшмы.

Вот из таких долин прилетают в этот мир Жар-Птицы. В красных печах каньона проходит алхимический этногенез, рождающий священных царей-на-колесницах.

Детей Солнца, коронованных бешенным ветром, сбивающим с ног.

При смене дыхания или изменении внимания красные скалы обращались в чёрные. И в золотые.

Конь Солнце

Из световых океанов Азии вырываются варварские волны, погребая под собою обжитые миры.

Там фокусируются лучи далёких звёзд, рождая подлинного Нового Человека.

Он похож на Звезду, на Колесо, на Кентавра и ещё на много чего...

Кочевники, живущие на конях, обожествили своих братьев, приравняв скакуна и светило. Русское слово «Конь» от тюркского — «кун», Кон — Солнце.

Отсюда Хунны — Конники или Конные Солнца!

До нас дошли серебряные и бронзовые фракийские (а в средневековье — великоморавские) бляхи в виде солнце-свастик, образованных четырьмя конскими головами, соединёнными солнечным кругом (в литературе именуются «сегнеровыми колёсами»). Это несомненный сюжет «индоиранской мифологии», находящий подтверждение в описаниях солнечной колесницы Божества Ригведы и Авесты, в эпитетах священного огня. (1) Последний называли, к примеру, arvan («конь»), candraratha («имеющий светлую колесницу»), svava («имеющий прекрасных коней»). В зороастрийских верованиях конь был посвящён Солнцу (Арриан VI.29.7). А в Нартском эпосе боевой конь нарта Батраза превратился в огниво. В ряде царских курганов скифов кони, принесённые в жертву, уложены в виде свастик: 22 взнузданных коня ногами к центру в форме угловой свастики против солнца.

Отсюда ходы — шахматного коня — буквой Г.

Совокупная возможность хода конём на свободном пространстве доски представляет собой две совмещённые разнонаправленные свастики.

Конный человек по природе Господин. От персидского «аспадар» — всадник. Отсюда и русский титул «Государь».

Кочевники — это сверхлюди в городах и государствах оседлых. Носители божьей искры. Ведь от персидского Худай — Бог возникло русское слово ходить — путешествовать и водить караваны.

По-сему — любой странник свят. А «ходящий» на лошади — это нарт, приручивший Огонь Бога Небесного. Это Царь — оседлавший Коня Солнце.

За витязями Государя Скакунов и отправились несторианские монахи в Сердце Азии. Встречь Солнца. И таких людей они Там нашли.

Царь

А между тем вокруг становья,

Вблизи походного дворца

Трубили хану славословья

Несториане без конца.

Николай Заболоцкий

Чингисхан – это увеличенная до неба статуя Елюя Даши. И идеальный за тысячелетия царь Скифской Пустыни. Настоящий. Подвижный Полюс. Тот-Кого-Искали.

Тэмуджин исполнял языческие обряды (видимо, религии бон — оригинального тибетского митраизма), но в его окружении кочевали и воевали, крещёные несторианами кочевники. Христианские монахи образовали интеллигенцию номадов и предложили для новой Орды свою письменность на основе арамейской каллиграфии (известной в лингвистике, как «уйгурское письмо»). Монгольские ханы и нойоны рассылали свои указы и приказы, подписывали ярлыки буквами языка Христа, от трети до половины этих ханов и нойонов делали сие вполне для себя естественно – как добрые христиане.

Мифический архетип Пресвитера Иоанна мог воплотиться и в конкретную историческую фигуру. На мгновение так и произошло. Несколько лет Золотой Ордой правил Сартак (сын Батыя и побратим Александра Невского) – христианин несторианского вероисповедания. Власть над всей Империей после смерти детей Чингисхана оспаривали его внуки – Ариг-буга и знаменитый Хубилай. На короткое время христианин Ариг-буга торжествовал. На короткое небольшое время. Потом к власти пришёл Хубилай и принял буддизм.

Но на короткий промежуток времени заговор искателей Подлинного Центра, молитвенников за нисхождения метеорита удался.

Псалом за меч карающий! Поворотом креста получилось сдвинуть торнадо в нужном направлении, направить Бич Господень в конкретную географическую точку.

Несториане подготовили и пролоббировали судьбоносное постановление на Курултае в ханской ставке – Каракоруме. Монголы хана Мункэ приняли решение совершить поход на Запад и занять города Багдад и Иерусалим. После чего Мункэ, якобы планировал креститься со всем монгольским народом. Христиане и мусульмане назовут это вторжение «жёлтым крестовым походом».

Несториане, столетия блуждавшие по безлюдным бесконечным холмам Востока — взяли и вызвали на Цивилизацию метеорит. Он накрыл всё небо сияющим конским следом. Тем-Что-Ярче-Солнца!

Показывая монгольской комете путь на Запад странники-христиане могли бы насвистывать эту песенку:

Но сами мы — отныне вам не щит,

Отныне в бой не вступим сами,

Мы поглядим, как смертный бой кипит,

Своими узкими глазами.

Не сдвинемся, когда свирепый гунн

В карманах трупов будет шарить,

Жечь города, и в церковь гнать табун,

И мясо белых братьев жарить!..

Крестовый поход Того, Иного, Другого...

Монгольская (большей частью христианская) конница, смешала с землёй исмаилитские замки сектантов Ирана и штурмом взяла столицу Халифата Багдад. Дворец Халифа ильхан Хулагу торжественно передал несторианскому патриарху.

Это был триумф!

Миф победил, он проел реку Хронос страшными турбулентными потоками. От запуска сказки «о царе-попе индийском» до её фактической реализации – 100 с копейками лет! Это притом, что для прихода крестоносцев не с Запада, а с Дальнего Востока рационально вообще не было никаких предпосылок. Только воля странной христианской корпорации, превратившейся из Церкви Востока в Церковь Пустыни. И пассионарная энергия монгольских, тюркских и согдийских рыцарей-христиан. Они под руководством Чингизидов разрезали мир ислама своими саблями.

Монголы-христиане не взяли Иерусалим, потому что крестоносцы-тамплиеры и иоанниты своих не узнали. Страшно было представить в этих Гогах и Магогах с «раскосыми и жадными очами» сказочных витязей Пресвитера Иоанна. Крестоносцы соединились с мамлюками и разбили монголов, выбили их из Сирии и Палестины.

Мираж Церкви Пустыни

Тема предательства западных крестоносцев достаточно хорошо исследована, в том числе и Львом Гумилёвым (2). Но что помешало несторианам, опираясь на лояльно к ним относящегося ильхана Хулагу, создать в Иране христианское царство? Это притом, что в Месопотамии они имели собственные многочисленные общины сирийцев и ассирийцев, а армяне сплели с несторианами религиозный аншлюс. Это даже не Иерусалим. Дворец халифа в Багдаде и милость Чингизидов для такого дела подороже стоят.

«Церковь Скифской Пустыни» оказалась «слишком сетевой». Слишком привыкшей существовать в поисках Царствия Небесного. Как русские эсеры-народники в 1917-1918 гг. захватившие власть в России, но не сумевшие её отстоять. Это беда и проблема всех сетевых структур. Как «субстанции жизни» они прекрасно существуют в любых, даже самых невыносимых условиях. Но когда надо не существовать, а царствовать, сети разваливаются на составляющие «сетевые узлы». Церковь апостола Андрея не смогла схватить до конца «царскую идею» Церкви апостола Фомы.

А всего-то был нужен один каган, один хан Чингизидова дома. Хоть в Золотой Орде, хоть в Китае, и уж точно хотя бы в Иране (где существовали реальные этнические и культурные предпосылки). Только один хан, объявивший бы христианство Церкви Востока государственной религией своего Царства и своей династии.

В итоге спустя несколько десятилетий после победоносного захвата Багдада хулагид Газан-хан примет суннитский ислам — религию, в которой чётко прописаны взаимоотношения Царства и Царствия. Сие — удивительный и поучительный для нас всех пример. Добытая несторианами Птица Счастья вылетела из рук и вернулась в сферы Святого Духа. Миф проявился и исчез. Словно Мираж Церкви Пустыни.

Чтобы не повторять этих страшных ошибок, Новые Скифы должны внимательно изучить опыт Церкви Востока. И странный удивительный реализованный-нереализованный, реально-виртуальный проект Царства Пресвитера Иоанна.

Вызвавшей из бездны метеоритные тачанки, ведомые Детьми Солнца.

Словно факир судьбы Церковь Востока достала из тюльпанного мешка Великой Степи главную королевскую кобру. Но мало было её достать и залить врагов перламутровым ядом. Надо было связать себя с непобедимой змеёй узлами священного союза.

Революция Ожидания

Как в случае несториан, так и в случае по соседству с нами существующей теократической республики шиитов (ожидающий прихода Сокрытого Имама Махди), мы наблюдаем один и тот же архетип, свойственный Человечеству видимо с момента его рождения. Это мечта о Тайном Полюсе, о «настоящем священном спасителе».

Русская идея «ожидания Настоящего Царя», а также бытия Руси «в момент его отсутствия» представляет собой набор былин, анекдотов, политических памфлетов и смутных грёз. Только сегодня мы пытаемся заковать её в холодную формулу. Мы переводим русские чаянья Священной страны, Беловодья, с «истинным священством» и «праведным старой веры Государем» на понятный и рациональный язык. Ожидание Солнечного Царя – это запрос русского коллективного бессознательного. Когда кто-то кого-то очень сильно ждёт – этот кто-то обязательно появится.

Поэтому задача движения Новые Скифы — научить всех правильно ждать.

Мы неоднократно указывали на истинную цель проекта «Новые скифы», растущего своими корнями из прозрений русских евразийцев и эсеров-народников. Поиск «Тайного Дома», Страны Света на Востоке, Царствия Небесного — есть незримая константа ново-скифского дела. Мы называем себя партией «Домой!». Из всех российских партий, мы, пожалуй – самая не от мира сего.

Про поиски «Дома», а также про некоторые его символические характеристики мы сложили немало песен.

Однако субъект, живая субстанция и смысл этого Дома на границе бытия и небытия по-прежнему не даёт скифам покоя.

Тот-кто-придёт-с-той-стороны, тот-кто-живёт-по-ту-сторону, тот-кто-появится-когда-закончится-(начнётся)-свет. Вот этот таинственный Тот-из-Там интересует нас больше жизни. На поиски Того-из-Там мы тратим все имеющиеся у нас ресурсы и энергию. Более того, входя в определённые отношения с миром священного, с сакральной географией нашего материка, мы, неся его золотые частицы и «таблетки счастья» в мир Сей — поневоле становимся посланниками и вестниками Царства-Там.

Красный канон

Новые Скифы собираются делать акции – политические и культурные. Десятки, сотни, тысячи акций. Но все они должны быть заточены под одну идею, говориться одной «красной» молитвой: «Мы все ждём прихода Русского Царя».

Это как «Отче Наш», как «Карфаген должен быть разрушен». Ведь без проявления Священного красные скифы не смогут обновить и преобразить Россию.

Один перформанс за другим, второй митинг за третьим, пятая сетевая война за шестой. С узнаваемым, как рефлекс, красным финалом: «Мы все ждём прихода Восточного Царя».

Дела наши будут обрастать слухами и кривотолками, нас обвинят в сектантстве, на это мы скажем, что это такой арт-проект. Нас обвинят в любви к скифским свастикам – мы будем божиться, что это — культурный фронт. А под конец добавим: «мы все ждём прихода Красного Царя». Все жители Руси-Пустыни: философы-танцоры в золотых масках, песьеголовцы александровских слобод, левые и правые эсеры, евразийцы-народники, эстеты и пропагандисты, антифа и казаки, денди и арт-пролетариат будут задействованы в Русской Революции Ожидания.

«Мы все ждём Его возвращения».

Падающего с Небес метеорита.

Ивана-царевича.

Красные вестники.

Новые Скифы.

ТЧК

(1) Роман Багдасаров «Свастика», М. 2006

(2) Лев Гумилёв «Чёрная легенда», М.2004


Прикреплённый файл:

 meteorit.jpg, 15 Kb



Оставить свой отзыв о прочитанном


Ваше мнение об этом материале:

— Ваше имя
— Ваш email
— Тема отзыва

Ваш отзыв (заполняется обязательно):

Введите текст показанный на картинке:

Правая.ru


Получайте свежие материалы сайта себе на почту
Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Использование материалов допустимо только с согласия авторов pravaya@yandex.ru, с обязательной гиперссылкой на сайт Правая.ru.
 © Правая.ru, 2004–2019